Перевожу в взгляд с Макара на Демида, с братьев на их родителей. Удивляюсь тому, как сильно младший Мак похож на мать – кудрявый, жилистый, как она, а старший Дем – копия своего отца. Плотный, высокий, с гладкой шевелюрой русых волос.
Трансляция про братьев заканчивается, и ведущая рассказывает светские сплетни о других звёздах.
А я оседаю на стул.
Получается, Макар умер, значит, я так ничего и не узнаю.
– Ты должна поехать к ним! – выдыхает Арина. – Если он, правда, сдавал материалы в центр, и кто-то перепутал и смешал их с твоими, тогда девчонки могут быть наследницами самого Чемпиона.
Ты понимаешь, что это значит?
Мотаю головой.
– У них будет шикарное будущее! – подытоживает Вика.
– Им нужен папа, а не его наследство! – спорю с ними, впиваясь ногтями в ладонь, из которой и так сочится гранатовая кровь.
– Где аптечка?
– На кухне, – роняю тихо, и Вика уходит.
Бросаю взгляд на притихших детей, надеюсь, они не услышали о чём говорили взрослые!
– Господи, Ева! – вскрикиваю в ужасе. Невеста таки нашла себе фату! Стянула с себя белые колготки и водрузила их себе на голову!
Багровею.
Стыдно за поведение дочери… так рваться замуж… неприлично!
– Ушлая невеста, – роняет мимоходом Арина.
– Гришенька, – обращаюсь к разлохмаченному мальчишке, – иди ко мне. Я тебя спасу! – смеюсь сквозь слёзы.
Все трое играют на кремовом пушистом ковре. У них свадьба. Ева с колготками на голове тащит к алтарю (дивану) упирающегося ногами в пол жениха. Со стороны кажется, будь он без носков, зацепился бы ноготками в пол!
Бедный женишок, самый пострадавший здесь.
Ада наконец замечает, что профукала своё счастье и тоже стаскивает с себя желтые колготки, водружает на свою кудрявую голову.
Близняшки заставляют Гришу жениться на обеих! Тянут мальца за руки, грозятся порвать рубашку.
Такая себе свадьба!
Гришутка вырывается, бежит ко мне, прячется в моей юбке, зарываясь в ней лицом. Его голова лежит у меня на коленях, и я глажу его жесткие темные волосы.
– Мамочка, бубо? – интересуется подскочившая за ним Ева.
Дочь замечает кровь у меня на руке.
– Клови много, – констатирует Ада, снимая с головы колготки, протирает мою руку.
Чёрт! – чертыхаюсь про себя. Только грязи не хватало.
– Влоде фсё! – тараторит быстро, осматривая мою руку со следами размазанной крови.
Чешет свой подбородок. Она всегда так делает! Чешет его, когда раздумывает или принимает решение.
– Ты это видела?.. – вскрикивает Арина.
– Видела!!! – соглашаюсь с ней.
