Пожалуй, он впервые защищал ее за все десять лет, что был женат на Анфисе.
Мачеха страшно оскорбилась:
— Ты хочешь сказать, Ваня, что мои дочки тебе не дочки? Ну правильно, не родные же… Не думала я, что ты когда-то это мне ввинтишь, так больно ранишь…
Отец резко усовестился.
Поджал губы, чуть попыхтел, брякнул примирительно:
— Ну ладно вам. Все девочки наши, все красивые.
Мачеха задрала нос, сводные сестры заметно повеселели.
Лиана подумала, что на этом все и закончится, но отец не сдался.
— Лиана, что ж ты даже не надела ни одной побрякушки, что твой жених дарил? — отец вопросительно на нее посмотрел.
Сердце ее снова екнуло."
"Отец вообще в курсе, что творится в его доме? Или ни на что, кроме работы, внимания не обращает?
— Так не дали, — Лиана уже чуть не плакала.
— Что значит не дали? — нахмурил лоб отец.
Похоже, он и вправду дальше собственного носа не видел.
Только Лиана хотела объяснить ситуацию, как отец вдруг вперил взгляд в свою жену.
— Анфиса, а откуда у тебя такие необычные гвоздики в ушах? Сапфиры в них, что ли? Ты на какие шиши это купила? В сбережения залезла, что ли? Да я ж тебя…
Мачеха растерялась, забегала взглядом туда-сюда.
И только Лиана хотела сказать, что это подарок Вардана двухлетней давности, как отец и без нее догадался сам.
— Анфиса! — охнул он с ошалевшим видом. — Ты что, напялила побрякушки Лианы? У тебя совсем крыша съехала?
— Ванечка, что ты ругаешься зазря?
Тут уж Лиана не утерпела, вставила тихо:
— Вы и правда все забрали!
Мачеха даже не стала отрицать:
— Конечно забрала, а то еще потеряешь, там же золота на целое состояние.
Вот выйдешь замуж, отдам, а пока…
— Оно, может, и мудро забрать, чтобы не потеряла, — кивнул отец. — Но напялила ты золото за каким хреном?
Мачеха снова забегала взглядом, принялась оправдываться:
— Да разве он упомнит, что дарил? Не упомнит! А даже если упомнит, подумаешь. Гвоздики, они одни такие, что ли…
— А ну, снимай! — гаркнул отец. — Лиане эти гвоздики немедленно отдай, пусть наденет. И ту побрякушку красивую, что Вардан ей сегодня подарил, тоже.
А то будущий родственник еще подумает, что моей дочке что-то не нравится, что гордая сильно или брезгует… И платье ей найди под цвет, синее!
— У нее нет синего, — хмыкнула Анфиса. — Я говорила ей, что надо бы, а она…
— Цыц! — рявкнул отец. — Синего нет, а какое есть? Какое-то подходящее должно быть. Только не этот балахон.
— Никакого у нее нет, чучело… — фыркнула Галина.
Отец аж побагровел от ее замечания.
