ГЛАВА 14
Ах ты ж посмотри, какой тут у нас любитель оральных ласк нашелся!
— Пошел ты!
— Только не ври, что не соскучилась, — ухмыльнулся он. — Ты должна быть чертовски благодарна за то, о чем другие женщины могут только мечтать. Давай, Виола, поработай ртом. Ты же сама говорила, что сделала его исключительно для моего удовольствия. Ты зависишь от секса со мной. Ты на нем сидишь.
Он смотрел на меня, абсолютно уверенный в своей неотразимости.
Что после его измены, всех этих мерзких слов, того, что он озвучил свои отвратительные намерения выгнать меня из дома, я опущусь до того, о чем он говорит?
— Больной ублюдок!
На лице мужчины вызверилась злая усмешка и он швырнул меня на диван.
Большой мягкий диван из темно-зеленой кожи.
Ой, мамочка!
Грэм встал надо мной, не торопясь, расстегивая серебряные пуговицы мундира.
Ослепительный, но такой жестокий и хладнокровный.
— Что, силой возьмешь? — прошипела я.
— Ты сама дашь. Еще и, как всегда, благодарна будешь, переделка. Неужели ты думала, что я буду с тобой церемониться?"
"Коленом Грэм раздвинул мои плотно сомкнутые колени, и навис сверху.
И тут мне прямо в меня полетел его ослепительно-белоснежный платок.
— Прикрой лицо. Не могу смотреть на эту маску.
Я швырнула платок на пол и раздавила туфлей, превратив его в грязную тряпку.
— Пока что ты моя жена и принадлежишь мне со всеми потрохами. Заканчивай спектакль и делай то, что должна, тупица! Я знаю, что ты ломаешься просто для вида, но мне это уже порядком осточертело.
Дракон озверел, до боли выкручивая мне запястье, но с нечеловеческой силой я вывернулась, как кошка, и пустила в ход ногти, целясь ему в глаза.
В этот момент я искренне возблагодарила Виолу за ее нелепый, непомерно длинный маникюр, который стал против него прекрасным оружием.
Еще и форма ногтей была такая удачная, миндалевидная! Квадрат не дал бы такого эффекта!
Один ноготь с противным треском разломился пополам, но с огромным удовлетворением я увидела, как его левую скулу прочертили три ярко-алые полосы!
Его серо-стальные глаза стали совсем светлыми от злобы.
Муж очень грязно выругался, и в этот момент особняк потряс до основания могучий, грозный рев, идущий, кажется из самых недр скалы, на которой стояло поместье.
Грэм отшвырнул меня и вскочил, на ходу застегивая китель.
— Дейган почувствовал это. Давно такого не бывало. Ты разозлила даже моего дракона. Пеняй теперь на себя, скудоумная. Это все равно произойдет. Ты забеременеешь и родишь.
