ГЛАВА 12
Врачеватель — благообразный мужчина лет сорока в пенсне, явился на следующее утро.
Правда, методы у него были какими-то странными, но тут все колдовали при помощи рун, поэтому я не удивлялась.
Он окружил меня целым коконом из светящихся рун, которые начертал в воздухе, после чего беззвучно шевелил губами и что-то записывал в свою записную книжку.
Я пыталась заговорить с ним:
— А вы не подскажите, вот эти руны красоты, что наложены на мое тело? Их можно как-то стереть?
Но семейный врач отмахнулся, как от назойливой мухи.
Его интересовала лишь оценка моего здоровья, а результаты косметий.
Как бы он не узнал чего лишнего — например, что в теле Виолы теперь обитает дух Виолетты, да еще и попаданки из другого мира.
Что-то подсказывает — за такое тут по головке не погладят.
Зато после его визита в моей обители показалась не кто иная, как Амара в сопровождении полноватой женщины в чепце — своей камеристки Ноэмии.
— Его Светлость адмирал ознакомился с отчетом врачевателя и требует тебя к себе, — сообщила мачеха.
— Прекрасно. Значит, пришло время узнать ему, что я не сама упала с балкона.
Она пихнула меня в грудь, злобно сверкнув зеленющими глазами:
— Только попробуй сказать ему об этом, тупица!"
"— Тупица — это ты, если думаешь, что тебе сойдет с рук покушение на жену адмирала.
— Грэм был бы только рад, если б ты сдохла, — прошипела змеюка. — А вздумаешь болтать лишнее своим языком, я велю Мердоку поразвлечься с твоей ненаглядной Присси. Я знаю, что эта девчонка прокралась к тебе и принесла зелье для поддержания голосовой руны.
Бедняжка пострадает за свою верность. Зато поймет, что верность нужно хранить правильным людям.
Вот черт!
Теперь понятно!
Амара прекрасно знает об извращенских наклонностях слуги и использует их в своих целях.
Не желая ввязываться с ней в спор, я промолчала, а про себя подумала, что она заплатит. Не говоря уже о ее ручном уродце Мердоке!
Служанки, которых привела мачеха, быстро одели меня и причесали.
Лично я бы в жизни не надела это кричащее розовое платье, все сплошь в узорах и цветах с розовой перьевой опушкой по рукавам и у ворота.
Но, очевидно, Виола такое носила.
Чего уж там говорить, слишком яркий наряд подходил под ее неестественный образ.
После чего под конвоем из тех же служанок я была отправлена в главный особняк, где и находился кабинет Грэма.
Это была роскошная белокаменная вилла с колоннами. Я крутила головой, дивясь непривычным интерьерам.
