— Полииин, привет!!! Полька, наконец выбрала время позвонить. Как у тебя дела? Не отвлекаю?
— Привет, Сонь.
— Я так соскучилась!
— Сонь, скажи, это правда, что Матвей назначил новую девушку на семестр?
Подруга замирает.
— Полин, кто тебе сказал?
— Правда?
— Ну, в общем… — в голосе подруги сквозит неуверенность.
Все ясно.
— Поль, это ерунда какая-то. Я даже говорить тебе не стала об этом, потому что это полная ерунда.
— Значит, это правда.
— Ну… вроде как да. Какая-то Вика.
— Ника.
— Ну, Ника. Без разницы.
Не ходит он с ней, ну вот ни разу не видела. Он только о тебе думал все это время. Мне Никита сказал по секрету, вот буквально сегодня, за этим и звоню, что, когда ты уехала, Матвей был просто сам не свой. Рвал и метал. Руки в кровь сбивал на тренировках. Чуть на машине не разбился, потому что гонял хрен знает с какой скоростью. Даже напивался несколько раз, а ты знаешь, что он вообще не пьет."
"— И назначил на семестр новую девушку, — подсказываю, когда подруга замолкает.
— Ну…
— Спасибо, Сонь, что поддерживаешь.
Я сильно соскучилась, надеюсь, что скоро увидимся. Я перезвоню тебе хорошо?
— Ладно, Полин.
— Ок.
Убираю телефон.
Выхожу на улицу и вдыхаю полной грудью прохладный воздух.
Хорошо.
Не сказать, что в квартире было душно, но парфюм блондинки все же успел въесться в ноздри.
Подъездная дверь распахивается, и Матвей вылетает на улицу следом за мной. Куртка нараспашку, похоже, что сильно торопился. Интересно, а Нику оставил в квартире или все же выпроводил?
— Полина.
Быстро доходит до меня, хватает за руку и разворачивает к себе.
Я не вырываюсь, но и не приветствую его действия. Мне все равно.
— Полин.
— Все в порядке, Матвей, я сама дойду. Тут и недалеко.
— Полина.
— Руку отпусти.
В моем голосе нет агрессии или тревоги, только равнодушие.
Он слушается.
Я отворачиваюсь и иду по направлению к общаге. Чувствую его за спиной, а может мне только так кажется.
Когда до входа остается метров десять, позволяю себе остановиться и посмотреть назад.
Матвей замирает в нескольких шагах. Руки в карманах, хмурый взгляд исподлобья.
— Как мило, словно верный сторожевой пес, — говорю и улыбаюсь.
— А теперь подойди.
Матвей слушается. Медленно идет ко мне, испепеляя своим взглядом.
Но что мне с этого, пусть хоть дыру прожжет.
— Какой послушный, — комментирую, когда он замирает в паре шагов.
Подхожу на секунду, взъерошиваю его волосы и снова отступаю.
Он хмурится еще больше, и это распаляет меня сильнее.
