Женя покачала головой и пододвинула к нему миску.
– Не буду, ешь. Ложку дать?
– Давай.
Крем исчез почти мгновенно, и Саня со вздохом отодвинул от себя пустую миску.
– На венчиках от миксера крем еще остался, – без всякой задней мысли предложила Женя. – Можешь облизать.
– Хочешь посмотреть, как я облизываю венчик? – приподнял бровь Саня, и Женя вдруг покраснела. Господи, она знает его десять лет, они трахались и делали в постели все, что только могло прийти им в голову, а ему до сих пор удается смутить ее такими тупыми шуточками.
– Хочу услышать, зачем ты пришел, хотя я просила тебя убраться из моей жизни, – выпалила Женя, стараясь не обращать внимания на предательски горящие щеки.
– Я думал, ты поняла, – тихо проговорил Саня и вдруг дернулся. – Эй, когтями в меня вцепляться не надо!
– Она так делает, потому что ей хорошо, – объяснила Женька, глядя на то как разомлевшая Соня ласково мурлычет и когтит Санины джинсы. – Чья это кошка, кстати?
– В смысле? – Саня удивленно поднял на нее глаза. – Моя.
У Жени зашумело в голове, и она едва не села с размаху на стул, где стояли булочки.
– Твоя?! Ты… завел себе кошку? Ты?!
– Я, – подтвердил Саня. – Я завел кошку. С чего-то надо начинать, правда?
Женя молча смотрела на него, все еще не веря услышанному. Саня – тот самый, кто с пеной у рта доказывал, что он не желает ни за кого отвечать, кроме себя самого, тот самый, кто ценил независимость и терпеть не мог все, что сковывает его и не дает в любой момент сорваться и уехать – так вот, этот самый Саня вдруг берет и заводит себе кошку.
Это ведь что-то значит, правда?
– Где ты ее взял?
– В приюте. Специально искал рыжего котенка.
У Жени сердце сначала замерло, а потом сильно и больно застучало.
– Зачем? – еле слышно спросила она.
– Надеялся, что это поможет уговорить одну рыжую кошку жить с нами. Сама же понимаешь: мне нельзя доверить такого малыша, – Он почесал Соньку за ушком. – Я без тебя не справлюсь.
– Господи, Саня, – болезненно усмехнулась Женя, – не прибедняйся.
Тебе можно доверить что угодно и кого угодно. Ты прекрасно умеешь отвечать за других, просто не хочешь этого делать.
– За других не хочу отвечать, ты права. – Саня твердо и спокойно встретил ее взгляд. – А за тебя хочу. И за нашу кошку тоже.
– Ты говорил, что это твоя кошка, – пробормотала Женя, чувствуя, как от подступающих слез перехватывает горло.
– Моя, но если захочешь – будет наша.
Женя отвернулась, пытаясь сдержать беззвучные рыдания, от которых ее трясло.
