Спрашивает, схватив со стола кусок свежего манго и сунув его в рот: — Что, уже донесли? Ну, и как тебе новость, сестричка? Да, мы с Шоном встречаемся и у нас все серьезно! Правда, здорово?
— Никак. Вы друг друга стоите.
— Ох, это точно! — усмехается Кейт. — Он такой душка, и такой положительный, я не могу! Весь день ходил за мной хвостиком и писал сообщения, как будто у него нет других дел! Говорил о новом свидании. Хочешь узнать, куда мы идем в субботу?
— Нет. Мне это не интересно.
— Но я не виновата, что нравлюсь ему больше, чем ты, Эш! Иначе бы он не был со мной, разве нет? Вот только как же так? Ведь это ты у нас лучше всех — девочка-сбитые-колени!
— Кэтрин, хватит! — осаживает дочь Пэйт, хлопнув открытой ладонь по столу.
— Я тебя просила! Можно хотя бы дома держать паритет и уважать друг друга?
— А я и держу, — возражает дочь матери и в ответ на замечание упрямо поджимает губы. — Знала бы ты, что я о твоем уважении думаю.
— Здесь Брайан, девочка.
— Ну и что? И о нем тоже. Могу и вслух сказать, мне не трудно!
Я переглядываюсь с отцом, и он взглядом просит меня не вмешиваться.
Отворачивается, делая вид, что занят продуктами.
М-да, трудный же нам всем предстоит год, если уж офицер полиции Уилсон, гроза округа, не может ничего ответить одной капризной девчонке. Даже и не знаю, на что мачеха надеется?
— Нет уж, будь добра оставь свои мысли при себе! — строго замечает она дочери. — Я тебе уже ответила раз и навсегда, Кэтрин, Брайан — мой муж! Все, что ты скажешь вслух, не изменит того, что о нем думаю я!
Нам с Кейт это хорошо известно, и на этот раз она не пытается спорить.
С Пэйт шутки плохи — эта женщина умеет отстаивать свои позиции. После их ссор, Кейт не раз уезжала к своему отцу, но потом всегда возвращалась. Отчасти, я ее понимала — ей тоже приходилось делить любовь своей матери с чужим человеком, но если я, в конце концов, приняла для себя право отца быть счастливым, то она эгоистично за эту любовь сражалась.
Но сейчас перед моей сводной сестрой стоит другая цель — задеть меня, поэтому она не продолжает ссору.
Пожав плечами, принимает тарелку с паэлью, которую перед ней ставит мой отец, и между прочим сообщает:
— В эту субботу Шон у себя дома собирает большую вечеринку. Будут ребята из школы и парни из «Беркутов». Я задержусь немного. Возможно, до двенадцати… мы хотим устроить на пляже костер, будет интересно.
Она смотрит на меня, но я не реагирую. Продолжаю жевать. Это намного лучше, чем испепелять друг друга взглядами.
