Ставлю на стол рюмки, потом снова провал, будто пропасть… Потом вспышками в голове всплывают образы двух тварей, которые пришли на бесплатную выпивку к Исмаилу. Этих пьяных мужиков я раньше никогда не видела, да и потом тоже. Как они вошли в спальню не знаю, лишь помню голоса, которые обращались ко мне: «Эй, девка, давай по-хорошему! — ухмыляется незнакомец, расстегивая грязные брюки». Дальше начался мой кошмар. Я билась в истерике как дикий зверь, попавший в капкан, даже не смотря на то, что маленькая Гюль проснулась, громко плача в своей кроватке.
Звала на помощь эту тварь Исмаила, хотя не удивлюсь, что он меня и продал за бутылку. Кажется, я даже не до конца понимала, что они со мной делают, все тело охватила жуткая режущая боль. Возможно, в некоторые моменты я теряла сознание, потому что не могу даже точно воссоздать картину, происшедшего. Хотя кому эта картина нужна? Когда все закончилось, я так и осталась лежать на полу в спальне. Одежда разорвана, тело в синяках и в липкой белой жидкости, которую оставили после себя два урода.
Если бы не Гюль, истошно плачущая поблизости, я бы не нашла в себе силы, чтобы встать на ноги… С тех пор прошло два года, но я так и не решилась рассказать матери, да и вообще кому бы то ни было. Мое детство осталось где-то очень далеко, где-то в России вместе с папой…
— Что застыла? — через спутанное от воспоминаний сознание пробивается пьяный голос отчима. — Мы, между прочим, о тебе тут говорим. Твою судьбу решаем, а ты стоишь, как дерево.
— Кирюша, ты устала? Иди к столу.
— пытается уйти от темы мама. Господи, что же произошло с этой женщиной. Смотрю и не узнаю. Кода-то Шилова Альбина Викторовна была безмерной красоты женщиной, которая любила эту жизнь, но и деньги, к сожалению, тоже.
— От чего ей уставать, Альбинка? Крутит там заднице перед пьяницами. — перебивает Исмаил. — Короче, слушайте меня обе! В былые времена, я вел дела с очень крупным бизнесменом — Хасаном Каплан. Так, мужик этот душу Аллаху уже лет пять как отдал, зато сынок старший копия отец.
Мерт Каплан теперь глава семейства, деньги там скажу вам, нереальные, — подлец прерывается, чтобы осушить очередной стакан.
— Исмаил… — мать вновь подает голос.
— Я сказал молчать! — рыкает отчим. — Так вот, все мелкие бары нашей нищенского района эти Капланы под себя подмяли, в том числе и тот, где деваха наша пьян обслуживает. Заходил я в один недалече и мне мужики шепнули, что мол мамаша этого Мерта ищет жену для старшего сынка.
