Они всегда хранили запасной ключ у нее, и частенько мы с Даниилом им пользовались, когда свой он забывал дома. Об этом я тоже вспомнила только сейчас. И мне вдруг стало так страшно от всего! Зачем я согласилась на эту поездку?! Никто же не заставлял… Вернее, я запросто могла отказать наотрез, и ничего сделать со мной Александр Брониславович точно не смог бы. Не силком же погнал бы меня сюда…"
"Все это мысли лихорадочно бились в моей голове. Сама же я прижалась к подъездной батарее, напротив знакомой двери в квартиру Даниила.
Даже дышать старалась тихо, уговаривая собственное сердце не ухать так громко в груди. А с этажа ниже до меня доносился разговор…
— Данечка! Ну точно, ты!.. А я в глазок-то посмотрела и глазам своим слепым не поверила. А это ты… Живой, здоровый… Ох, ну как же так-то? А где же ты был?..
Тетя Поля всегда была не в меру разговорчивой. Вот и сейчас она не давала Даниилу вставить хоть слово. Впрочем, он и не старался этого сделать. Да и что он ей скажет?.. Через минуту, разве что, напомнил, что пришел за ключом от квартиры.
А еще через минуту поднялся ко мне. И только тут я сообразила, что он не говорил мне, на каком этаже квартира.
— Батарея горячая, — сказала я раньше, чем он успел хоть что-то сообразить.
Батарея, и в правду, была даже не горячая, а огненная. Один плюс — меня перестало морозить, и внутренняя дрожь практически сошла на нет.
— Она меня узнала, а я ее нет… — грустно улыбнулся Даниил. — Ну а квартира нам нужна эта, — кивнул на металлическую дверь с номером «22».
— Постой, — придержала его я, когда он отпер замок на двери. — Ты ничего тут не узнаешь?
Я имела в виду не только соседку, но и сам подъезд, двор, квартирную дверь…
— Нет, — сжал он мою руку до боли. Но сразу же опомнился и выпустил. — Все кажется мне чужим…
Дверь распахнулась, впуская нас в тепло прихожей. Знакомый запах ударил в нос, рождая воспоминания, кружа голову. Машинально я проскользила ладонью по стене, нащупывая выключатель. Вспыхнул яркий свет, и только тогда я осознала, что снова едва не выдала себя.
Но Даниилу, кажется, было не до меня. Он стоял возле двери и выглядел настолько растерянным, что на глаза мои запросились слезы жалости. А еще он озирался по сторонам, осматривая вешалку в углу, тумбочку под ней с тапочками тети… На полочке для шапок одиноко лежал шарф, и его я тоже узнала. Этот шарф тетя связала Даниилу, но он стеснялся его носить. Надевал, только когда мы с ним были вдвоем.
