– Нужно рассказать вам о расследовании, – послышался голос главы академии.
– Узнали, кто это сделал?
Если быть честным, то я не представлял, кто мог совершить столь жестокое злодеяние. Чем Лиен разозлил, что его намеренно пытались убить? Да-да, именно убить. Нападающий понимал, что после таких травм никому не суждено выжить, да только он ошибся. Как сказали маги, на момент атаки Лиен был в образе своего пламени, и именно оно помогло ему не выпустить душу из тела раньше времени.
– Мы нашли остаточный след магии, и он не один, – ответил некромант, сложив руки за спиной. – Их было двое. Энергетика мужская…
– Вот как, – вздохнул я, гневно поджимая губы. – Еще что-то есть?
– Следы смазаны, их явно пытались замести, но я призвал мертвых, и они указали путь, через который пришли эти двое…
От услышанного я остановился, обращая внимание на ректора.
– Дальше.
– Как оказалось, была создана магическая завеса, скрывающая нападающих и ведущая до самой парковой аллеи, где следы смешались с приглашенными и участниками отборочного турнира.
Одно могу точно сказать, – продолжил ректор, – тот, кто сотворил эту завесу, сейчас без сил. Он отдал почти всего себя, и на восстановление понадобится немало времени.
– Предлагаете, вламываться ко всем в дома и проверять? – вскинул я бровь.
– Предлагаю сохранить эту информацию и воспользоваться ей как дополнительным доказательством к причастию нападения, когда возникнет такая возможность.
Ничего не стал отвечать, но сказать хотелось многое. Что же это за ректор такой, который не смог организовать защиту для своих адептов? Он пропустил убийц на территорию академии и позволил им уйти, пусть и ненамеренно. Из-за его самоуверенности, что все пройдет гладко, пострадал мой сын. Мой единственный ребенок! Мой мальчик!
– А это что за свет? – нахмурился глава академии, вырывая меня из мучительных мыслей.
Сместив глаза в сторону палаты Лиена, увидел из-под двери яркие всполохи зеленого и фиолетового цветов.
– Неужели… – кинулся я вперед, распахивая дверное полотно и замирая."
"Элис… Чистой души дитя, самозабвенно полюбившая моего сына, создала сферу жизни, которая искрилась на всю палату, вспыхивая и на короткие мгновения ослепляя. Эта девочка мучилась и страдала не меньше моего. Она проводила все свое время возле кровати Лиена.
