— Надеюсь, наставницы успели объяснить вам, что такое «Руот-тан»?
«Руот-тан, — эхом отозвалось в памяти, — одна из сильнейших магических клятв, которую используют, когда нужно сохранить в тайне секреты государственной важности. Нарушить или обойти невозможно, попытка нейтрализовать приводит к смерти».
По спине пробежал холодок, заставив вздрогнуть, как от порыва студеного ветра.
Во что же я все-таки вляпалась?
— Ритуал, — нетерпеливо напомнили мне, и я подчинилась, тщательно скрывая досаду.
Ужасно не хотелось связывать себя обязательствами, тем более магическими, но деваться, судя по всему, некуда.
Во-первых, герцог все равно не отвяжется, а во-вторых, имеет полное право настаивать на подобном. Имеет право… Эта мысль мелькнула и пропала, оставив после себя новые вопросы. А собственно, кто он такой, этот Саллер? Помимо того, что герцог, бывший жених Мэарин и какой-то там загадочный мэссер? Чем он вообще занимается? И кстати, как его имя?
— Руку, миледи… — Мужчина теперь стоял в двух шагах от меня, протягивая открытую ладонь, на которой лежал маленький ярко-красный кристалл с острыми гранями.
Посторонние соображения тут же выветрились из головы. Потом, все потом…
Осторожно накрыла камень дрогнувшими пальцами и вскрикнула, когда герцог стиснул их, фактически впечатав в артефакт. От резкой обжигающей боли на миг перехватило дыхание.
— Сейчас все пройдет, Мири… потерпите. — В тоне герцога мелькнуло сочувствие.
И действительно, через мгновение неприятные ощущения исчезли так же внезапно, как появились.
А вместе с ними пропала и жалость из голоса Саллера.
— Готовы? — Речь его, как прежде, звучала спокойно и отстраненно.
Выдохнула и, сосредоточившись, начала нараспев повторять всплывающие в памяти слова. Боли не было, я вообще больше ничего не почувствовала, но герцог, не сводивший с меня глаз, удовлетворенно кивнул, стоило последнему звуку раствориться в тишине кабинета, и я поняла, что клятва принята.
— Подтверждаю, — заключил он официально и вернулся к письменному столу, чтобы убрать артефакт.
А я… я удивленно изучала свою ладонь, на которой не осталось ни одной, даже самой крохотной отметины — чистая гладкая кожа, и все."
"— Впервые сталкиваетесь с «Руот-тан»? — понимающе усмехнулся Саллер и тут же огорошил очередным требованием: — Расскажите о венчании. Не пропуская ничего… Ничего, — настойчиво повторил он еще раз. — Меня интересует каждая, пусть даже самая незначительная, с вашей точки зрения, деталь.
— Хорошо.
Это нетрудно сделать.
