Вот и все. Прощайте, ваша светлость герцог Роэм Саллер. Увидимся ли мы снова?
Темнота — вязкая, клейкая, через которую приходится буквально продираться…
Горячие пальцы брата, не позволяющие потеряться и впасть в панику…
Секунда — бесконечная, томительно долгая…
Вторая…
Третья…
И смутно знакомый вкрадчивый голос:
— Мэарин, благодарение Танбору, вы здесь. Какое счастье вновь видеть вас.
Глава 15
— Что же вы стоите на ветру, Мэарин? Так и простыть недолго.
— Вы очень любезны, милорд, но в этом простенке совершенно не дует.
В любом случае, у меня, как у всех членов нашей семьи, неплохая регенерация. Вам как никому другому это прекрасно известно.
— Да… разумеется…
Мужчина с поклоном отступил, а я закусила губу, стараясь не взвыть от досады.
Секретаря по особым поручениям, о котором упоминал в письме «отец», узнала сразу, едва мы оказались в снятом для нас доме. Нет, не так. Его самого я почти не помнила — лишь смутный образ, лицо в толпе прихлебателей маркиза. Но вот голос… Этот голос многократным отчетливым эхом звучал в памяти.
Виконт часто бывал в доме Астонов, только вот Мэарин никогда не обращала на него внимания. Очередная бесцветная тень, один из безымянных спутников ее вельможного родителя. Вечный, как нотации леди Грифуа, наставницы по этикету, и такой же нудно-унылый. Юную капризницу не интересовал этот худощавый русоволосый человек — молодой и, в общем-то, довольно симпатичный, она даже не представляла, как его зовут. А вот в самом Лейфри Мири, похоже, будила иные эмоции.
Судя по воспоминаниям, он вьюном вился около девушки: постоянно о чем-то спрашивал, что-то предлагал.
Окружал ненавязчивой заботой, справлялся о здоровье. Выполнял мелкие просьбы… даже не просьбы — брошенные вскользь поручения. Угодливый, безликий, незаметный. Не человек — всего лишь голос. Интересно, он на что-то надеялся или просто чистосердечно радовался тому, что хотя бы не гонят? Что можно изредка покрутиться неподалеку и оказаться полезным?
Вот и сейчас, не успели мы выйти из портала, как он завертелся рядом.
Пылко сообщил о своем восторге, даже счастье от встречи и тут же осведомился:
— Вы, наверное, не помните моего имени, миледи?
Я виновато передернула плечами, и мужчина обиженно поджал губы. Чувствовалось, что ему очень неприятна моя забывчивость. Знал бы он, что Мири не только имени, но и его самого практически не помнила.
— Виконт Лейфри…
Следуя правилам этикета, я протянула руку, и секретарь Астона с готовностью ее подхватил. Не поцеловал — ужалил.
