— Три, — выдыхаю я, когда на бумаге вижу цифру, аккуратно выведенную гелиевой ручкой, а под ней надпись на русском: ""Ты поймёшь, что с этим делать. По-другому я не мог. Прости, Диана. Э. Э."".
Но я не понимаю...
Если записка и есть та ключевая третья вещь, то зачем понадобились все эти сложности? Почему нельзя было просто сказать мне как есть?
Перечитываю надпись, затем ещё раз и ещё, желая разгадать её скрытый смысл, в итоге сминаю записку в комок и бросаю на пол.
Верчу в руках телефон, жду пока он полностью прогрузится.
Тем временем на экране заставки я снова наблюдаю ""тройку"". Раньше на её месте была обычная приветственная надпись.
Три, три, три...
""Три — счастливая цифра. Она указывает на то, что нет ничего невозможного"", — вертятся на языке слова Эмира и тут мою голову буквально прошибает озарение.
Ну, конечно... ТРИ! Ни один, ни два, а три... Поэтому о ней никому не следовало знать, поэтому Шах был вынужден скрывать свой брак...
Быстро включаю числовую панель и вместо того, чтобы позвонить сестре, я трясущимися пальцами нажимаю на цифру три.
Пульс стучит в висках настолько громко, что он практически заглушает собой длинные гудки, доносящиеся до моего слуха.
— Диана? — тишину прерывает обескураженный тон знакомого голоса.
— Да, Анастасия, это я, — отвечаю хрипло и ударяюсь в слёзы.
Я даю волю своим эмоциям, осевшим внутри, а сама понять не могу: слёзы радости это или слёзы полнейшего разочарования.
— Прости меня, — Анастасия сама хлюпает носом. — Я говорила! Говорила ему, чтобы он предупредил тебя обо всём, но он упрямо верил, что до этого не дойдёт.
Он не хотел тебя пугать, а потом было уже нельзя. Он не мог, — прерывисто говорит она одними загадками. — Диана, я ждала твоего звонка целых четыре месяца! Я спала в обнимку с телефоном! Всё боялась пропустить звонок, но... — осекается она, громко сглотнув, и продолжает шёпотом: — Боюсь, что теперь уже поздно.
— Ты о чём? Что поздно?
— Устраивать побег.
— Побег?
Меня неслабо передёргивает от навязчивой мысли, что всё это могло закончиться намного раньше, если бы я придала значение словам Эмира.
Если бы вместо того, чтобы суткам напролёт жалеть себя, я по косточкам разобрала бы детали того вечера.
— Эмир разработал план побега на тот случай, если вам придётся спасаться бегством от Каплана, но нарисовалась другая проблема. Намного серьёзней, чем Каплан! Диана, о тебе теперь знает весь город. Эмир не был готов к такому масштабу бедствия. У него не было запасного плана.
