Я с силой давлю на нее большим пальцем, чувствуя горячую кровь, стекающую по моей руке вниз.
Он орет как резанный, морщится от боли, пытаясь убрать мою руку с пулевого ранения. В конечном счете машина теряет управление. Её ведет в сторону. Мы медленно съезжаем с дороги, направляясь прямиком в овраг с поросшей травой.
Пока тачка не перевернулась, я возвращаю себе пистолет и оглушаю его им, приложившись прикладом по виску. Ещё один удар — и Игорь отключается. Он мордой заваливается на руль, пуская кровавые пузыри.
Низкая скорость позволяет меня спрыгнуть с крыши. Оказавшись на земле, я дергаю за ручной тормоз и машина останавливается в считанных сантиметрах от падения в овраг."
"— Подохни, не приходя в сознание. Тебе же будет лучше, — выплевываю я, тяжело дыша.
Я вываливаю его тушу из салона на землю. Достаю из замка зажигания ключи, кладу в карман, и за ноги волоку Игоря за машину.
Я запрокидываю его бессознательное тело на плечо, бросаю в багажник и закрываю крышку на замок.
Опершись руками о крышку багажника, я восстанавливаю дыхание одновременно с этим просчитывая в уме дальнейшие риски.
Я выдохся, но у меня остались ещё силы взять на руки своего ребенка. Марк не перестает плакать ни на секунду.
Однако стоит мне прижать его к своей груди, как он тут же успокаивается.
К счастью, на нем нет ни единой царапины, но он обессилен из-за непрекращающейся истерики.
— Все хорошо, родной. Скоро мы поедем к мамочке. Только дай папе пять минут, хорошо? Плохого дядю просто так оставлять нельзя.
Я стираю его с покрасневшего лица слезы и целую в макушку.
Как только вижу на его лице намек на улыбку, я сажаю его на пассажирское сиденье рядом с собой. Отрываю от своей футболки лоскут ткани и перевязываю им простреленную руку. Я завожу мотор, разворачиваю машину и следую в сторону заброшенной фабрики.
Меня с Игорем ждет разговор. И что-то подсказывает мне, он будет чрезвычайно коротким...
Как только вижу на его лице намек на улыбку, я сажаю его на пассажирское сиденье рядом с собой.
Отрываю от своей футболки лоскут ткани и перевязываю им простреленную руку. Я завожу мотор, разворачиваю машину и следую в сторону заброшенной фабрики.
Меня с Игорем ждет разговор. И что-то подсказывает мне, он будет чрезвычайно коротким...
36. Ещё не конец
— Подъем, мерзкое животное! — гаркнув, я окатываю лежащего Игоря дождевой водой из ржавого таза.
Нашел его у входа на заброшенный объект, там же неподалеку отыскал проржавевшую цепь.
