В могиле по сей день лежит та пьянчужка из морга.
— Тогда каким образом кольцо снова оказалось у Рифата? — в грубой форме выдавливаю я, пытаясь расплести свои напрочь спутавшиеся мысли и поумерить тихое бешенство.
— Рифат взялся за поиски Пинар, а я молчал. Надеялся, что ему не хватит терпения, и он забудет о ней. Но я недооценил его возможности. В то время, пока он выслеживал девчонку, я следил за каждым шагом своего сына. Через месяц после случившегося ему каким-то образом удалось выйти на её след. Он уже собирался поехать в Салоники.
Я перепугался за девочку и рассказал Рифату придуманную мной и Элиф байку о смерти Пинар. В этот же вечер Рифат нагрянул к Элмасам за доказательствами. Он вскрыл гроб. К счастью, Рифат не догадался о подмене, но он не побрезговал снять с трупа кольцо, а по уходу швырнул его в лицо Элиф, насылая на всю семью проклятья. Через полгода её не стало, — Феррат существенно сдает позиции. Твердости уже нет, только бессилие плещется в безжизненных глазах. Его терзает что-то, мучает сильно.
Слова теперь не просто даются ему: — Сынок, я и представить не мог, что спасая одну человеческую жизнь, я собственноручно гублю другую. Элиф не смогла держать от всех эту тайну. Она ощущала себя убийцей в глазах Рифата, ловила косые взгляды родственников. Её мучила совесть, глодала по кусочкам! И это была только моя вина! Тогда я решил рассказать Рифату, что Пинар жива. Я хотел освободить Элиф от мук и взять всю ответственность за содеянное на себя, но было уже поздно.
Я в который раз опоздал. Элиф не стало, — срывается его голос до хрипоты.
Укрывшись от меня ладонями, он сидит в замершей позе, только плечи его дергаются от судорожного дыхания.
Злость бурлит внутри, пузырится в моих венах, обостряя рефлексы и ослабляя контроль над собой. Я не просто зол на этого немощного человека. Я готов стереть его в порошок. Руки так и просят измолотить его до полусмерти. Да хотя бы просто зарядить ему отрезвляющий хук слева за то, что он подговорил мать пойти на такой безрассудный поступок, за то, что его надежды так и не оправдались.
За то, что только он мог остановить то сатанинское отродье, что породил, но он купился на мнимые надежды и бездействовал в то время, когда зло постепенно разгоралось до масштаба адского пламени, когда моя мать заживо сгорала в муках совести.
Рассудок мутится. Приходится дать время, чтобы прийти в себя и прогнать жуткие воспоминания из детства, связанные с похоронами матери.
