— Да как-то не очень, — чешу в затылке, копаясь в закромах своей памяти. — Может, это было задолго до меня?
— Нет, Диана! Это было ровно в тот момент, когда в твоей жизни появился Эмир! — уверенно она заявляет, вычислив меня на раз-два.
Пытаюсь напрячь память, а мысли нарочно разбегаются в разные стороны, сознание постепенно угасает, а затем озаряется короткой вспышкой.
Выбор! Ну, точно же! Как я могла забыть о кастинге, по итогу которого Эмир методом исключения и выбрал меня. Вот только карты утверждают, что он ошибся в своем выборе.
Он оказался неправильным.
Кто знает, как сложилась бы судьба Эмира, если бы я не поплелась на чертов кастинг? Во всяком случае ему не пришлось бы натравлять на себя Рифата и жертвовать собой, ради моего спасения. Судьбы многих людей могли бы сложиться иначе, если бы меня не оказалось в их жизнях."
"— Вижу ты вспомнила, поэтому идём дальше: что есть? — Кармен выдергивает меня из тягостных раздумий и разворачивает вторую карту. — Жизнь дала новый виток, плодородный и богатый на события, но настоящему мало этого.
Оно по-прежнему требует перемен. Человеку, которого ты загадала, приходится принимать быстрые решения, от которых многое зависит. В том числе и будущее, поскольку оно ещё не определено.
Меня зябко передергивает.
— Что значит ""не определено""? У него что, нет будущего? — оторопев, я прихожу в ужас раньше времени.
Кармен с беспристрастным видом кладёт карту на прежнее место.
— Это значит, что будущее напрямую зависит от дальнейших решений.
Судьба этого человека ещё не написана. Он сам пишет её.
— Прямо сейчас? В эту самую минуту он пишет свою судьбу?
— Возможно и так, — пожимает она плечами, раскрывая третью карту. — На очереди у нас будущее. Что же будет?
Стоит ей раз глянуть на карту, как лицо Кармен становится белее мела. Застывшие черные глаза на фоне бледной кожи сильнее выделяются. Складывается впечатление, что Кармен впала в состояние транса, но это лишь видимость. Я ни с чем не спутаю страх, затопивший сознание.
И этот страх сейчас сковал бедную женщину.
— Что вы увидели? — выпаливаю я в нетерпении.
— А? — вздрагивает она, вернув на меня потерянный взгляд. — Ты что-то сказала?
— Что с картой, я спрашиваю? — требовательно цежу я, похолодев от пугающих мыслей.
— Ты была права. Это бредятина, — обрывочно говорит она, задыхается, за сердце хватается.
Это настораживает меня. Я дерзко вырываю из её рук карту, вглядываюсь в изображение.
