— А он будет здесь совсем один?
— Не беспокойся, — удостоив и меня поцелуем в щеку, он демонстрирует мне какую-то электронную штуковину небольшого размера. — Радионяня."
"Со спокойным сердцем я возвращаюсь в нашу спальню, чтобы тщательней осмотреть то место, в котором будет возрождаться любовь. Это место идеально подходит для того, чтобы проводить здесь свои самые счастливые дни и незабываемые ночи.
Проходя вдоль комнаты, я кончиками пальцев дотрагиваюсь до атласного покрывала с оборкой, расположенного поверх широкой кровати.
Ноги мои утопают в мягкости напольного покрытия, ноздри неустанно втягивают свежий воздух, исходящий из приоткрытой створки, ведущей на террасу, по которой можно спуститься на задний дворик, где расстелился небольшой двухуровневый бассейн с кристально чистой водой.
Вот это да! — выдыхаю я, не найдя подходящих слов, после чего за спиной слышу, как кто-то неестественно прочищает горло.
Подумав, что это Эмир меня обыскался, я оглядываюсь и тотчас подпрыгиваю на месте, во весь голос визжу от испуга как резанная.
Никак не ожидала я здесь увидеть кого-то постороннего. Хотя теперь понятно, почему дом был открытым.
— Сеньорита, я вас напугала? Прошу меня простить, но вскоре вы привыкнете к моим внезапным появлениям, — улыбается женщина с грубыми чертами лица и черными как беспросветная бездна глазами, говоря с явным акцентом и осматривая меня при этом со всех сторон, будто мысленно даёт мне внешнюю оценку.
Сама же она смахивает на цыганку, исходя из характерной внешности и навешанных на её руках и шее звенящих побрякушек.
Того и гляди, сейчас попросит позолотить ей ручку.
Так сложилось, что я с детства побаиваюсь этот народ. Пару раз я сталкивалась с неприятными ситуациями и с тех пор они не вызывают у меня особого доверия.
Сразу не по себе становится. Хочется позвать Эмира на помощь, но язык словно онемел от пережитого страха.
— Диана!? Диана, где ты?! — грохочет приближающийся голос Эмира и его тяжёлые шаги, после чего он врывается в комнату.
Эмир готов порвать любого на своём пути. Но, увидев перед собой эту женщину, он лишь загадочно ухмыляется и раскрывает свои широкие объятия для неё.
— Карменсита, дорогая моя пышка, — Эмир раскачивает тучную женщину из стороны в сторону, крепко сжимая её в руках. — Я как предчувствовал, что ты уже здесь!
— А где же мне ещё быть? — хмурит она свои густые брови.
