Какие же они ещё маленькие и милые — мои девочки.
— Ты давай не нукай, Анастасия, а лучше ешь аккуратнее. Дядя Максим поможет справиться с приезжавшей к нам комиссией. Поэтому мы должны быть любезны и благодарны ему. Он хороший человек.
— Значит, ты не влюбилась в него?
В доме сразу же становится тихо. Возникает пауза. Я поднимаю глаза на Максима. Дубовский медленно отрывается от тарелки и смотрит прямо на меня.
Почему мне так трудно и неприятно произносить это вслух? Мы знакомы полдня, он фиктивный муж по объявлению.
Не скрою, что я увлеклась Максимом…
Но влюбиться?!
Во-первых, когда ты хлебнула в жизни горя, получила от нее пару оплеух и одна воспитываешь двоих не самых простых детей, влюбиться в кого-то в принципе невозможно. Все недостатки как на ладони. Наивная дурость давно позади, а жизненный опыт не даёт расслабиться. Как я могу влюбиться в Дубовского, если даже не знаю, зачем Максу фиктивный брак?
Нет, он мне симпатичен и привлекает как мужчина. Безусловно, мне очень и очень повезло, что фиктивный муж именно такой.
При подобном раскладе притворяться приятнее, но по-настоящему я всё ещё люблю Ивана. И всегда буду любить только его.
Он мой муж, у нас дети.
— Нет, — отвечаю я внятно и чётко. — Я ни в кого не влюбилась и спасаю вас от детдома.
Максим усмехается, продолжая сверлить взглядом. Отвожу глаза первой. Убеждая себя снова и снова, что делаю всё правильно. Сейчас главное — успокоить детей. Но тут в разговор вмешивается Ника:
— Мама в сарафане. — Обмакивает младшая палец в джем и рисует блину улыбочку.
— Ага, знаю такое, — зло поджимает губы Ася. — Курьер тебе понравился, так же было с дядей Афанасием, когда ты к нему на Егоровом мопеде поехала, а до этого с папой. Ты редко когда надеваешь платья. Помнишь, когда мы тебя уговаривали на праздник? Ты — фигушки, а тут ни с того ни с сего, — бухтит Ася, продолжая жевать.
Ну супер! Опять стыдно. Теперь выглядит так, будто, когда пригорает, я для всех мужиков сарафаны натягиваю. Ну не дети, а просто сплошная радость.
— Анастасия, во-первых, сядь ровно и не чавкай. Во-вторых, прекрати говорить глупости. Это для конспирации.
— Мама, ну это же правда.
— Нехорошо приучать ребёнка к вранью. Если ты действительно надевала сарафан для Афанасия, а теперь для меня, то выходит, это правда и Ася не врёт.
Вижу, как недобро горят глаза у Максима. Отлично, у меня ревнивый фиктивный жених-собственник. Но сейчас не время устраивать разборки по этому поводу. Я смущаюсь и жую быстрее.
