И разница в возрасте, если люди нашли друг друга, — это не самое страшное, что может быть.
— Что значит твоя? — выхватываю из контекста самое главное.
— Конечно моя, у меня даже чек есть из загса.
Фыркнув, заворачиваю за угол, где мы с Максимом налетаем на моего помощника.
— Здравствуйте. Я Егор, — с интересом разглядывает моего спутника и протягивает руку.
— Максим.
— Вы и есть тот самый «муж напрокат»?
— Ха-ха, — весело, а затем грозно: — А ты, надеюсь, не претендуешь?
— Нет. Она мне предлагала на себе жениьтся, но я отказался.
Максим медленно поворачивается ко мне.
— Вот как? Очень интересно.
— Но мне дом надо строить, вот я и отказался. Некогда мне глупостями заниматься.
Достали оба.
— Это не дом, а изба на курьих ножках, давайте поторопимся!
— Нам с невестой он нравится, — обижается Егорка.
— С невестой, которую, никто и никогда не видел.
— Она есть, Ксения!
Выбившись вперёд, решительно бегу к калитке. Надоели эти мужики, от них одни неприятности. Детей закрыла. Швабра у меня есть.
Отобьюсь как-нибудь.
— А можно поподробнее с того момента, когда ты предлагала ему жениться на себе, Ксения? — в два счёта нагоняет меня Максим. — Ты что же, с ним целоваться не планировала? Надеюсь! Или уже? — строго. — Как со мной? В губы и с языком? Не успеваешь удивлять, Ксения Акимова.
— Ого! — семенит Егорка. — Ты уже целовалась с ним, босс? И почему он у тебя в доме ночует? Это же стыд-позор! Ты же мать! Люди осудят.
Я, конечно, понимаю, что они оба прикалываются.
Но всё равно неимоверно бесит. Максим видит мою злость и решает помочь. Он вообще всегда четко читает мои реакции: это подкупает и располагает. Но надо скинуть этот романтический флёр. Я всё ещё не знаю, зачем ему фиктивный брак. И он правильно делает, что сглаживает, а то у меня в руках швабра.
Глава 15
— Я ночевал в доме у Ксюши, потому что Афанасий украл мою машину. Я не смог бы вернуться в город.
— Ну да, конечно. Другого выхода у вас, молодые, не было, — ржёт Егорка. — Так-то у нас гостиница есть.
— Несётся наперевес со своим ружьем, весь такой герой Шипки, надеюсь, он его крепко держит, а то ещё поранится.
А мне неловко. То сумасшедший Афанасий прославил на всю округу своей безудержной страстью и петардами. И тут же мокрый мужик в трусах в доме. При детях! Сейчас Егорка расскажет Михайловне, а она — почтальонке, когда та пенсию принесет на дом. А уж та, учитывая её влюбленность в Афанасия... Да меня заклюют всей нашей «деревней».
