Снова возвращает принесённые ранее папки.
— Луковка, ты только не волнуйся. Я всё решу.
— Твои слова заставляют меня волноваться больше, чем возможные проблемы, о которых я и так ничего не знаю, — честно признаюсь ему. — Безопасность, проблемы в компании, волнение…
— Лукерья, тебе не о чем переживать. Я всё решу. Только ты должна пообещать мне, что будешь мне доверять, что бы ни случилось.
— Ладно.
И он начинает рассказывать, подкрепляя свои подозрения собранной документацией. Левые договоры, оформленные на подставные фирмы, накладные на отгрузку несуществующих товаров, оплаченные «мимо кассы» многомиллионные счета, средства по которым через сложную схему раскидывались на несколько банковских счетов, в том числе и на наследуемый мной.
"
"— То есть, — выдыхаю я, едва разложив по полочкам всю информацию в своей голове, — ты хочешь сказать, что папа был контрабандистом?
— Да, Луковка, ты верно ухватила самую суть.
— И теперь… — А собственно, что теперь?
— И теперь нам нужно как можно скорее выявить его сообщников и выгнать из твоей компании.
Желательно выйти так же на лиц, с которыми они работали. До того, как они…
Он замолкает и рассеянно смотрит на меня. Снова этот взгляд, полный… Чувств и эмоций. Божечки! Да он же боится за меня!
— Ты считаешь, что они могут прийти за мной? — Обречённо спрашиваю у него.
— Я опасаюсь, что могут. — Подтверждает он кивком. — Это не значит, что придут, но рисковать я не могу. Я не позволю кому бы то ни было причинить тебе вред. Но, пока я буду усиленно искать хвосты этой истории, Лукерья, ты должна быть очень осторожна.
Пожалуйста, старайся без особой надобности не появляться в пределах офиса, не покидай лишний раз наш дом — здесь ты в абсолютной безопасности, постарайся не заводить новых знакомств и ограничить общение со старыми знакомыми, особенно, если они неожиданно выйдут на контакт. Пожалуйста, сообщай мне обо всех своих передвижениях, если есть нужда уехать куда-то без меня. И всегда держи ушки на макушке.
Он притягивает меня к себе и крепко обнимает.
Обхватывает руками и удерживает некоторое время. Целует макушку.
— Сейчас, Лукерья, мне очень важно твоё абсолютное доверие и подчинение. Это не моя прихоть. Так надо. Я постараюсь решить эти вопросы как можно скорее, но… — Он внимательно смотрит мне в глаза. — Ты должна слушаться меня, маленькая. Иначе может случиться непоправимое. А я никогда себе не прощу, если ты пострадаешь из-за моей ошибки.
Я хочу успокоить его.
