— Думаю, Луковка, мы оба заслужили небольшую передышку, — проникновенно шепчет он в моё лицо. — По старинке или готова перейти на следующий уровень?
22. Он
Смотрю на пухлые приоткрытые губки и даже не сразу понимаю, что она отвечает.
— А если меня не устраивает ни один из предложенных вариантов? Если я не хочу?
— Я могу легко сделать так, что ты захочешь, — пробегаюсь невесомыми поцелуями по её лицу. — Тебе ли не знать, как приятно мы можем сделать друг другу.
— Да, — выдыхает она и закрывает глаза.
— Да — что?
— Знаю… Хочу… По старинке…
Она испуганно распахивает глаза и смотрит на меня.
— Ты же не против? Я пока не могу… На новый уровень…
— Луковка, я рад разделить с тобой всё, на что ты сама готова.
— Тогда, — она облизывает свои губы, — ты будешь целовать мою грудь?
— Можно сделать по старинке, но немного внести изменения, — предлагаю наудачу.
Вижу любопытство в её взгляде. Озорство. Дерзость. И она кивает, соглашаясь. Даже не просит озвучить предстоящие перемены.
У меня перехватывает дыхание, когда я киваю в ответ и начинаю её раздевать.
Лукерья не препятствует, не оказывает сопротивления. Наблюдает за тем, что я делаю, из-под опущенных ресниц с лёгкой улыбкой.
Когда она абсолютно обнажена, я начинаю раздеваться сам. Она наблюдает за моими руками, пока я жадно разглядываю её тело.
Ложусь сверху, вижу, как расширяются её зрачки и она тяжело сглатывает.
— Не бойся, маленькая. Ничего такого, к чему ты не готова. Мы просто будем ласкать друг друга. Вместе. Не по очереди.
— Хорошо, — шепчет она и неуверенно касается моей возбуждённой плоти.
Первая.
Сминаю её губы поцелуем, проникаю языком в тёплый рот, глотая стон, и теряю связь с реальностью.
Она уже влажная. Ждущая моих ласк. Мне хочется целовать её везде, и я делаю это: целую, кусаю, облизываю, растирая влагу по кругу, отправляя её в состояние лёгкого небытия, и устремляюсь следом за ней.
Лукерья вытирает ладошки о простынь и хихикает.
— Что? — С улыбкой спрашиваю у жены.
— Мы с тобой как школьники, — она закатывает глаза.
— Знаю, что ты не ждал этого, но…
— Лукеша, всё в порядке, — я поднимаюсь и целую её. — Самое главное для меня — это твои безопасность и комфорт. Всё будет именно в той мере, на которую ты готова. Просто не забывай, что мне непросто жить с тобой, не имея возможности хотя бы касаться и не получая твоего внимания.
— Хорошо, — кивает она с серьёзным видом, — а ты никогда не изменяй мне, ладно?"
"Смотрит так просяще в мои глаза, словно это возможно.
