– Придется дать ему телефон, – засуетился Дременко. – У них по закону положено. Один звонок. Тем более в НАТО… Оксана, разреши ему позвонить! Нельзя ущемлять права! С нас спросят…
– Да пусть звонит, – отмахнулась та, обрабатывая широкую, с вывернутыми краями, рану на ягодице. – Хоть Господу Богу… Странная рана… Бабушка, посмотрите.
Елизавета Трофимовна надела очки и склонилась над американцем:
– Будто ножиком тыкнуто и повернуто.
– Это не пулевое ранение…
– Скорее осколочное, – заключила бабка. – Потому и крови, как с барана… Вы что, сват, бомбы взрывали?
– Какие бомбы? – чуть не взвыл тот.
– Ничего не взрывали! И никто из нас не стрелял! Партизаны!
Дед на минуту передал держать ноги Дременко, принес и сунул в руки переводчику телефонный аппарат.
– Пускай звонит! Повезло, что не в Якутии его подстрелили. Там телефонов нету…
– Ты что, ошалел? – воззрилась на деда Сова. – Это же на свинарник телефон!
– Пусть звонит! Может, как-нибудь свяжется. Они, американцы, народ дошлый, все у них через космос.
Цивилизация…
Переводчика от вида крови тошнило, однако, поставив телефон на спину американца, он все же набрал какой-то номер, послушал и сунул трубку Джону. Тот что-то закричал срывающимся голосом.
– Переводи, – тихо сказал Дременко и сунул кулаком в бок переводчику. – Мы должны знать, чего ждать…
– Он требует соединить его со штаб-квартирой.
– Ножницы! – деловито потребовала Оксана. – И тихо, не мешайте мне!
Но едва она тронула рану, как американец заблажил и стал извиваться.
Кровь брызгала во все стороны, старый стол угрожающе заскрипел.
– Степан Макарыч, приготовьте ему наркоз, – распорядилась Оксана.
Тот с готовностью налил стакан горилки, но рачительно отлил четверть его обратно в бутыль:
– Как раз будет доза.
– Что он говорит, переводи, – давил сквозь зубы Дременко, налегая на ноги.
– В Брюссель звонит, права качает.
– Конкретно!
– Я Джон Странг, – прогундосил тот, жадно взирая на горилку. – Был обстрелян и ранен русскими партизанами на территории России.
Требую немедленно нанести ответный ракетный удар…
– Труба, – выдохнул Тарас Опанасович. – Что ему отвечают, слышно?
– Не слыхать, что-то хрюкает… Помехи.
– А он что говорит?!
– Передает, где находится… Граница Украины и брянский партизанский лес. Село… Братково.
– Вертолет вызывает?
– Нет, передал координаты, сейчас ракеты прилетят.
– Ракеты?! Скажи ему ! Он что? Рехнулся? Скажи… Нет, я сам!
Оставил Джона и выхватил у него трубку.
