Как только был заделан последний стык и вогнан последний клин, Дэниел отправил рабочих в почтовой карете назад на дептфордские верфи. К этому времени груз, провизия и вооружение были извлечены из трюма «Серафима» и вновь водворены туда, а Хэл в одной из шлюпок проверял с середины гавани правильность осадки корабля. Эдвард Андерсон с «Йомена» выказал добрую волю, послав свой экипаж помогать в тяжелых работах.
Тем временем Нед отправил все паруса на двор парусных мастеров. Он проверил все швы и стежки и то, что не понравилось, велел переделать.
Том всюду ходил за ним, задавал вопросы и жадно впитывал все о парусном деле, что мог разузнать.
Прежде чем снова отправить бочки с водой на борт, Хэл лично проверил каждую, чтобы убедиться: вода пресная и годится для питья. Он открывал каждый третий бочонок с солониной и заставил корабельного лекаря доктора Рейнольдса проверить соленую свинину и говядину, сухари и муку, чтобы быть уверенным в их качестве. Все хорошо знали, что к тому времени как они доберутся до мыса Доброй Надежды, вода позеленеет от слизи, сухари растрескаются и в них заведется множество долгоносиков, но Хэл был намерен начинать с чистого и доброкачественного, и матросы заметили его заботу и одобрительно отзывались о ней между собой.
— Немногие капитаны стали бы тратить на это время. Некоторые берут в Адмиралтействе порченую свинину, лишь бы сэкономить одну-две гинеи.
Хэл и пушкари проверили порох, желая убедиться, что влага не проникла в бочонки, а порох по-прежнему рассыпчатый, не слежавшийся.
Затем вычистили мушкеты, все сто пятьдесят штук, и убедились, что кремни в порядке и, когда по ним ударяют, выдают целый поток искр. Выкатили палубные орудия, смазали лафеты. Подняли на марс и разместили на юте фальконеты так, чтобы они могли поливать палубы вражеского судна шрапнелью. Кузнец с помощниками наточили абордажные сабли и топоры и разместили в стойках, откуда их легко взять при необходимости.
Хэл раздумывал над расписанием, которое определило бы место каждого человека в бою, а также над тем, куда поместить неожиданных пассажиров.
В конце концов он выселил мальчиков из их только что сооруженной каюты и отдал ее сестрам Битти. Пришлось отдать свою каюту и Уиллу Картеру, третьему помощнику, хотя она была совсем крохотной, — мистеру Битти и его жене. Этим двум массивным телам предстояло разместиться на койке в двадцать два дюйма шириной, и Хэл улыбнулся, представив себе эту картину.
