"
"«Сэр Фрэнсис Кортни, родившийся 6 января в графстве Девон. Рыцарь ордена Подвязки, ордена Святого Георгия и Священного Грааля, навигатор и моряк, исследователь и воин. Отец Генри и доблестный джентльмен, — прочел Гай. — Несправедливо обвинен в пиратстве проклятыми голландскими поселенцами мыса Доброй Надежды и жестоко казнен 15 июля 1668 года. Хотя его бренные останки покоятся на далеком, суровом африканском берегу, память о нем жива в сердце его сына Генри Кортни и в сердцах всех смелых и верных моряков, которые ходили по океану под его командованием».
— Как отец мог поставить здесь пустой гроб? — удивился Том.
— Думаю, он собирается как-нибудь вернуть тело деда, — ответил Гай.
Том пристально взглянул на него.
— Он сказал тебе об этом?
Парень ревниво следил, как бы отец не сообщил брату нечто особенное. Мальчики преклонялись перед отцом.
— Нет, — признался Гай, — но я жду от него этого.
Том утратил интерес к разговору и прошел в центр открытого пространства, где был выложен из гранита и пестрого мрамора странный круглый рисунок.
В четырех точках круга располагались медные котлы, какие-то люди помещали в них древние стихии: огонь, воду, воздух и землю; это происходило в полнолуние во время зимнего солнцестояния, когда собирался орден Святого Георгия и Священного Грааля. Сэр Генри Кортни — рыцарь-навигатор этого ордена, как и его отец и дед.
В центре куполообразной крыши склепа находилось отверстие. Здание построено так хитро, что в полнолуние рисунок на каменном полу освещается и таинственный, черного мрамора, девиз ордена: «In Arcadia habito»,[2] становится прекрасно виден.
Мальчики еще не знали глубокого смысла этого геральдического девиза.
Том ступил на готические буквы, прижал руку к сердцу и начал читать присягу, которая когда-нибудь и его сделает рыцарем ордена:
— Я верю и буду защищать эту Веру всей жизнью. Я верю в единого Бога в Троице, в вечного Отца, вечного Сына и вечный Святой Дух.
— Аминь! — негромко воскликнул Гай.
Братья старательно изучали череду вопросов и ответов, звучащих при вступлении в орден, и после сотен повторений знали их наизусть.
— Я верю в Единую церковь Англии и в божественное право ее представителя на земле Вильгельма Третьего, короля Англии, Шотландии, Франции и Ирландии, Защитника Веры.
— Аминь! — повторил Гай. Однажды обоим близнецам предстоит стоять в свете полной луны и давать клятву.
— Я буду поддерживать церковь Англии.
