Том нанял это суденышко в гавани Занзибара за несколько рупий в день, и сейчас фелука огибала южную оконечность острова. Сара вернулась и села рядом с Томом.
— Итак, приведя всех домочадцев в полное смятение, остальную часть дня он провел в своей комнате. За ужином не проронил ни слова, но выпил две бутылки портвейна и бутылку мадеры. Потребовалось двое слуг и мы с Каролиной, чтобы отнести его в постель.
— Значит, мой брат стал пьяницей? — спросил Том.
— Нет, это очень необычно, я впервые видела, чтобы он так напивался.
Ты производишь на людей странное впечатление.
Это двусмысленное замечание она сделала столь беззаботно, что Том не знал, как его понять. А Сара беспечно продолжала:
— Когда мы его уложили и Каролина легла с ним рядом, я пошла в его кабинет и обнаружила, что он написал несколько писем. Я переписала те, что нас касаются.
И она достала из кармана юбки сложенные страницы.
— Это лорду Чайлдсу, а это твоему брату Уильяму."
"Она протянула их Тому, листки трепетали в ее руке.
— Возьми руль.
Он передал ей руль, и Сара села на транец, подобрав юбки до колен, чтобы солнце и ветер играли на ее коже. Том с усилием оторвал взгляд от этих длинных сильных ног и сосредоточил внимание на письмах. Он нахмурился, читая первое письмо, и хмурился все сильнее.
— Коварный ублюдок! — воскликнул он и тут же пожалел о своих словах. — Прости. Я не хотел быть таким грубым.
Она рассмеялась, и у ее глаз появились морщинки.
— Если Гай ублюдок, то ты тоже.
Лучше подберем другое описание. Как тебе, например, жаба или каждой бочке затычка?
Том почувствовал, что краснеет: он не ожидал, что его превзойдут в искусстве брани. Он торопливо вернулся к письму, адресованному Уильяму. Странно было читать слова, предназначенные человеку, которого он убил.
Закончив читать, он разорвал оба письма в клочья и выбросил. Они с Сарой смотрели, как клочки разлетаются, словно белые чайки на ветру.
— Расскажи об аудиенции у султана и не упусти никаких подробностей.
Прежде чем отвечать, Том встал и прошел к мачте. Он спустил треугольный парус, и характер движения фелуки сразу изменился: она больше не прыгала и не боролась с ветром, а отдалась ему, как любовница, и начала мягко опускаться и подниматься. Том вернулся на прежнее место и сел рядом с Сарой, но не касался ее.
— Мне пришлось силой прорываться в его кабинет, — сказал он, — но я вооружился словами из Корана.
