— Ты почти достал его, — прошептал Хэл, видя, как Аболи с трудом сделал круговое движение, защищаясь от выпада Тома, и вернулся в начальную стойку.
Аболи сделал шаг назад и прервал схватку. Он мотнул лысой головой, стряхивая с нее капли пота, и сверкнул зубами в широкой улыбке.
— Хорошо, Клиб. Никогда не принимай приглашения противника. Хорошо! Сейчас ты чуть не сплоховал. — И он положил руку Тому на плечо. — На сегодня хватит. Вас ждет мастер Уэлш — с пером вместо шпаги.
— Еще один укол, Аболи, — умолял Том. — На этот раз я тебя достану.
Но Аболи подтолкнул мальчика ко входу в гостиницу.
— Аболи рассудил очень верно, — одобрительно сказал Хэл. — Он не выходит за пределы их возраста и сил. — Он коснулся белого шрама на мочке уха и печально улыбнулся. — Но недалек день, когда он пустит одну-две капли малинового сока мастера Тома, как сделал однажды со мной, чтобы мальчишка не слишком переоценивал свои возможности.
Хэл открыл окно и высунулся.
— Аболи, где Большой Дэниел?
Аболи предплечьем вытер пот со лба.
— Он занимался каретой. Потом ушел с этим новым парнем Уилсоном.
— Найди его и приведи ко мне. Я хочу кое-что вам сказать.
Вскоре к нему вошли двое рослых мужчин. Хэл оторвался от документов на своем письменном столе.
— Садитесь. — Он показал на скамью, и здоровяки сели рядком, как два напроказивших школьника в ожидании выговора. — Я тут потолковал с Мейбел. — Он начал с Дэниела. — Она говорит, что не перенесет еще одну зиму, когда ты будешь метаться по дому, как медведь на цепи. И умоляет меня увезти тебя куда-нибудь подальше.
Дэниел выглядел ошеломленным. Мейбел — его жена, главная повариха в Хай-Уэлде, полная, веселая, краснощекая.
— Да как она могла… — начал он гневно, но сразу улыбнулся, увидев огонек в глазах Хэла.
А Хэл повернулся к Аболи.
— Что касается тебя, черный дьявол, мэр Плимута жаловался мне, что в городе поветрие — лысые черные младенцы, и мужья заряжают мушкеты. Тебе тоже пора на время исчезнуть.
Аболи затрясся от громкого смеха.
— Куда мы отправимся, Гандвейн?
Он воспользовался прозвищем, которым окрестил Хэла, когда тот был мальчишкой; на лесном языке оно означает «тростниковая крыса».
Сейчас Аболи редко пользовался этим прозвищем, только в минуты проявления сильных эмоций.
— На юг, — ответил Хэл. — За мыс Доброй Надежды. В океан, который ты так хорошо знаешь.
— Это зачем же?
— Искать человека по имени Джангири.
— А что мы сделаем, когда найдем его? — не унимался Аболи.
— Убьем и заберем его сокровища.
