Предупреди хозяина, что я возьму с него гораздо больше, если он и впредь будет торговать с пиратами. А теперь ступай с богом и благодари его за спасение.
С палубы «Серафима» Хэл наблюдал, как дау уходит к африканскому побережью.
Потом он спустился в свою каюту, где у переборки стояли принесенные Аболи сундуки.
— Открой их, — приказал Хэл, и Аболи ломом сбил замки.
Там лежали небольшие холщовые мешки. Хэл распорол один мешочек кинжалом, и на стол хлынул сверкающий поток золотых монет. Хэл сразу увидел, что это мухуры, на каждом герб империи Моголов: три горы и слон.
Но попадались и другие монеты: покрытые арабской вязью золотые динары исламских султанов, несколько древних тетрадрахм персидских сатрапов; эти монеты из-за своей редкости стоили дороже драгоценного металла.
— Потребуется десять человек, чтобы пересчитать все это, — сказал Хэл. — Лучше взвесим. Пусть мистер Уэлш принесет корабельные весы. Дайте ему двух человек в помощь.
Уэлш работал весь остаток дня и часть ночи, прежде чем явился к Хэлу с докладом.
— Трудно получить точный вес на плывущем корабле, — сказал он чопорно, — чашки весов не останавливаются.
— Я не поставлю вам в вину ошибку в одну-две унции в ту или другую сторону, — заверил его Хэл. — Назовите мне честный результат, и я удовлетворюсь этим до тех пор, пока мы не произведем точное взвешивание в английском казначействе.
— Вес шестьсот пять фунтов точно… вернее, неточно.
Уэлш усмехнулся собственной шутке, а Хэл изумленно воззрился на него.
Такого он не ожидал. Да ведь это примерно лакх рупий! Огромное состояние в любой монете. Добавьте к этому золото и серебро, взятые на трех других дау, и общая сумма превысит стоимость двух захваченных кораблей."
"— Лакх рупий, — вслух размышлял Хэл, глядя на четыре сундука со сломанными печатями, стоящие у переборки. Что-то связанное с этой суммой всплыло в его памяти. — Лакх рупий! Вазари сказал, что именно столько просил аль-Ауф за рыжую голову ребенка из пророчества.
Это цена Дориана.
Чем больше он думал, тем это казалось вероятнее.
Золото — цена Дориана. Удовольствие от этой мысли намного превосходило радость обладания таким несметным богатством. Если аль-Малик посылал аль-Ауфу золото, чтобы купить Дориана, это доказывало, что его сын все еще на осажденном острове.
— Спасибо, мистер Уэлш. Вы потрудились на славу.
— Никогда не думал, что такое количество золота способно вызвать отвращение.
