После этого последовал рейд нашей наемной эскадры «Перун», которая к этому времени переросла во флот в центр пиратских краёв и последовало уничтожение всей инфраструктуры. Бои тогда были страшные, «Перун» потерял треть своих кораблей, а это порядка двухсот единиц. Но был очищен большой участок космоса и мне в лен перешли две прекрасные планеты.
Александра жива и сейчас, она уже старушка, живет в окружении на Насилии, у неё там свой тропический островок. Куда её дети и внуки присылают своих детей и внуков на летние каникулы.
Она счастлива.
Сестра анна пропала сто восемьдесят три года назад. Круизный лайнер вышел в рейс и пропал. Поиски так ничего и не дали. У нее остался сын, о котором я заботился и внуки. Младшая сестра Ольга жива до сих пор. Он одна из самых известных врачей Империи находится на пенсии и так же живет на Насилии.
Я тоже счастлив. Я достиг всего того что хотел и передал своим потомкам то что скопил за всё это время. Ухожу я удовлетворенным и умиротворенным, это самая правильные слова того состояния в котором я последнее время пребываю.
"
"Некоторые спросят, почему я пожил всего триста семьдесят шесть лет, вместо пятисот, а то и пятисот пятидесяти лет с возможностью омоложения. Ведь один укол и старость отодвигается примерно на сто лет, в зависимости от иммунитета пациента. В том то и дело, у меня полная несовместимость с препаратом омоложения, так что все эти годы я продержался только на нейросети Древних, но и она не может продлить жизнь вечно и подошло моё время.
Расстраивало меня не это, а совсем другое. Мой генном оказался на удивление живуч. Все мои потомки страдают этим недугом, полной несовместимостью с препаратом омоложения. Большая часть моих детей и внуков живы только из-за нейросетей Древних, что поддерживают их жизни. За всё время поисков их было найдено достаточное количество, хоть такой шанс прожить лишнюю сотню лет для моих близких.
— Входим в атмосферу, деда, держись, — весло проговорила Солнышко. Она вообще была концентрацией оптимизма.
В её присутствии мне становилась легче и плохие мысли как-то незаметно улетучивались. А причины для этих мыслей были. Я всё ещё держал руку на пульсе и был в курсе самых последних данных Дальней разведки, и они меня не радовали. Арахниды вернулись. Последние пятьдесят лет стычки в приграничных зонах стали обычным делом.
На церемонии встречи мне стало плохо, поэтому меня перенесли во дворец и положили на кровать моей личной опочивальни.
