– Тоже хочешь? – Чеслава недобро усмехнулась."
"– Рано ей еще, – одернула сестру Душица. – Не далеко, вернемся по темноте, ты еще спать будешь.
– Куда же вы ходите? Почему мне не рассказываете?
– Придет и твое время, – отмахнулась Душица. – А пока сиди, сторожи дом.
Ярина насупилась, руки на груди сложила, но перечить старшей не решилась. Так и наблюдала молча за тем, как сестры уходили.
Но надолго ее терпения не хватило.
Дождавшись, пока дверь за Душицей и Чеславой закроется, Ярина подбежала к окошку и через щель в ставнях подсмотрела, куда те направились.
Затем вышла на улицу, спряталась за домом и затаилась. Единственное, что она поняла точно, используя свой дар, – тело безвольное нужно в безопасном месте оставлять, чтобы никто вреда ему причинить не смог.
– Бурая! – тихо позвала она. – Бурая! Иди-ка сюда!
Медведица нехотя приблизилась к Ярине и села рядом.
– Сторожи меня, слышишь? Коль решит кто подойти слишком близко – сразу реви! Хотя посмотрела бы я на того смельчака, что к медведю приблизится…
Бурая улеглась, всем своим видом показывая: делать будет только то, что ей самой захочется.
Но Ярина знала: если кто-то напасть решит, медведица сразу же разорвет его в клочья.
Над головой промелькнула маленькая тень. Ярина вскинула голову, зацепилась слухом за трепет крыльев – и в то же мгновение ее душа понеслась следом за птицей.
Она полетела в ту же сторону, куда ушли сестры-колдушки, и вскоре нагнала их. Стараясь не виться над их головами, Ярина наблюдала глазками-бусинками за тем, как из домов соседских выходили женщины.
Ничего те не говорили, просто за Чеславой и Душицей увязывались, и чем дальше шли они, тем больше их становилось. Ярина сосчитать их хотела, но поняла вдруг, что разум птичий на такое не способен.
Колдушки с подругами добрались до края села, обернулись тенями черными и взмыли в небо. Ярина едва поспевала за ними, изо всех сил махала крыльями, но нагнать их смогла только над городом.
Темно было, почти ничего не видно, чудом сумела Ярина на ветку дерева сесть.
Оттуда она наблюдала за тем, как птицы, вновь женщинами обернувшиеся, в кружок собрались. Говорили о чем-то, видать, вот только ветер не доносил их слов. Спустя несколько мгновений разбежались колдушки кто куда: черные фигуры с темнотой сливались, двигались уверенно, будто видели в ночи не хуже кошек.
Ярина решила, что за сестрами следовать слишком опасно, потому полетела следом за особенно прыткой женщиной, что по улице побежала, подхватив подол.
