"
"— Так это значит только одно: что должность в любой момент благополучно ликвидируют и я останусь ни с чем.
… если откажусь, — добавила я про себя.
Жулебов не дурак — придумал красиво и поводок наматывал на руку крепко.
— Или тебя оставят, а Боженьку уволят. Ты сейчас выше по должности, понимаешь?
— Нет, не понимаю, — честно призналась я.
Как не понимала, если ходят такие сплетни, то, кто бы ни настраивал против меня, эти куры в бухгалтерии своей головой думать совсем не умеют? Если я стану главным бухгалтером, ту, которая зацепила меня кормой, я уволю первой.
Или завалю работой, которая ей совсем не понравится.
Недальновидненько как-то, хмыкнула и пошла в свой кабинет, преодолев соблазн зайти к Ларисе Михайловне, точнее, предвидя, что она меня просто выставит.
Я встала и пошла к себе, не став ни оправдываться, ни объясняться.
Мне проще спросить у Жулебова, что за хрень происходит, если бы я хотела это знать.
Тем более он звонил, пока я была в больнице. Несколько раз присылал цветы.
Один раз приезжал. Я вышла буквально на пару минут, надеясь, увидит меня не накрашенную, измученную, у постели другого мужика, и сам поймёт — я не его вариант.
Но он оказался непрошибаем, воистину, как чёрствый пряник.
Не знаю, чем я была обязана, что не увидела его первым. Катерина сказала, его сегодня не будет. Я с облегчением выдохнула и пошла работать, но, как оказалось, рано радовалась.
— А где мне найти Кристину Валерьевну? — услышала я голос, что надеялась никогда больше в своей жизни не слышать.
Подняла голову от бумаг, которыми уже успела обложиться, и… онемела.
— Вот так встреча, — напротив меня стоял довольный Кирилл Владимирович.
— Действительно, неожиданно, — сняла я очки со специальными линзами (в них не так уставали глаза) и уставилась на него.
А этот козёл, что должен бы гнить в тюрьме или, как минимум, сидеть без работы под забором, теперь задавал мне вопросы, на которые я была обязана отвечать.
Или не обязана, но должность финансового директора в любом случае была выше моей, а значит, я должна ему подчиняться.
— Нет, я не занималась этими контрагентами, — откинувшись к спинке стула, сверлила я его взглядом. Таким топят корабли, но он был явно из того материала, что не тонет. — Это вам может сказать только главный бухгалтер… Нет, последний кредитный договор тоже подписывала не я, — выдавала я однотипные ответы, стараясь не слишком язвить.
