На противоположном, восточном конце долины появились пять всадников. Заметив их, пастухи сразу погнали овец на запад, в соседнюю долину. Когда всадники скрылись в лесу, пастухи, как с ними было договорено, вернулись на брошенные поля. Жадные крестьяне пользовались чужой бедой."
"На следующее утро из леса на восточном конце долины выскакала сотня всадников. Это были альмогавары, только на службе у испанского сеньора. Они понеслись во всю прыть к отаре, которую испуганные пастухи погнали прочь. Альмогавары были в кожаных шапках и доспехах и вооружены дротиками и кинжалами.
Скакали на невзрачных лошаденках. Видимо, сеньор не отличался щедростью. Только командир отряда был в железном шлеме и кольчуге и на более приличном жеребце. Не смотря на наличие кольчуги, я бы не решился назвать его рыцарем. Скорее, это испанский вариант «кавалейру». Значит, барон Луис не счел нужным напрягаться из-за отары овец. Что ж, попробуем пригласить его еще раз. Для этого надо было, чтобы никто из нападающих не вырвался из засады.
О чем я и предупредил своих лучников. Кстати, среди них встали с луками и Умфра с Джоном. Рыцарское звание не отбило в них любовь к стрельбе из лука.
Испанский отряд уже догонял отару овец, когда в него полетели с двух сторон стрелы. С дистанции в сто метров валлийцы били без промаха. Командир отряда пал первым. Остальных перебили за несколько минут. Никто не ушел. Несколько человек были еще живы. Один, обломив конец стрелы с оперением, попытался вытащить ее, но окровавленный наконечник выскальзывал из вывернутой за спину руки.
Ему перерезали глотку, как и остальным раненым. Трупы, раздев, отволокли лошадьми в небольшой овраг и завалили камнями. В итоге вместо оврага появился невысокий холмик. Желтовато-коричневые, необработанные камни мало походили на могильные плиты. Пастухи, прогоняя мимо отару, плевали смачно на эти камни и что-то тихо говорили. Наверное, то, что крестьяне всех времен и народов говорят в адрес грабителей. Овцы опять разбрелись по брошенным полям и возобновили поедание длинных сухих стеблей.
Барон Луис де Алагон появился через три дня. Предполагаю, что его привели в долину не овцы, а тайна исчезновения отряда. Ладно бы исчезли вместе с овцами. Предательство в этом обществе воспринималось, как что-то само собой разумеющееся. Было бы только из-за чего предавать. Но овцы-то остались на полях.
Пастухи, завидев второй отряд, опять погнали овец на запад по условленному маршруту.
