Я не собирался появляться здесь до следующей весны, когда дочери исполнится четырнадцать и надо будет выдать ее замуж. Погрузив на шхуну тонн двадцать свинца, шерсть и семьдесят молодых валлийских лучников, которые желали пошляться по дальним странам и поискать там свою судьбу, поплыл в Лиссабон.
36
Капитаны бригантин пожаловались мне, что между Лиссабоном и Опорто за их караваном погнались два пиратских судна. Дело было вечером. Дул юго-восточный ветер. Капитаны воспользовались этим, направили бригантины на северо-запад, от берега.
Пираты поняли, что до темна не догонят, и, побоявшись потерять берег из вида, прекратили погоню. Поскольку по моему глубокому убеждению в португальских территориальных водах только я имею право захватывать суда, решил наказать морских разбойников.
Погода стояла отличная. Солнце припекало почти по-летнему, дул северо-восточный ветер баллов пять, волна была высотой ниже метра. Моя шхуна шла на пару узлов быстрее бригантин, поэтому оторвался от них и, достигнув северо-западной оконечности Пиренейского полуострова, направился на юг вдоль берега, на удалении мили три-четыре от него.
Обычно хожу мористее. Я ведь, в отличие от моряков двенадцатого века, могу определять место судна не только по береговым ориентирам.
Пираты поджидали милях в пятидесяти южнее устья реки Дору. Это были два одномачтовых судна длиной где-то около двадцати метров и шириной около трех. Сидели не глубоко и борта имели низкие, что позволяло развивать высокую скорость, но сильно заливало при волнении.
Пиратам приходилось постоянно вычерпывать воду. Вдоль бортов закреплены большие щиты, которые прикрывают гребцов. Парус латинский. По четырнадцать весел с каждого борта. Такие суда очень быстрые и маневренные. За эти качества местные называли их «стрелами». Они шли так, чтобы напасть на нас одновременно с носа и кормы.
Я смотрел на пиратские суда и думал, что мне удается бывать в обеих шкурах: и хищником, и жертвой. В данный момент на мне сразу обе. Пираты спешат к шхуне, принимая ее за жертву, а на самом деле нарвутся на хищника.
Оба судна легко скользили по чистейшей голубой воде, разрезая еле заметные волны. От форштевней разлетаются брызги, которые вблизи, наверное, похожи на россыпи сверкающих бриллиантов. Парус наполнен ветром, вздувшись пузырем примерно в центре. Весла мерно и в такт погружаются в воду, затем выскальзывают из нее, роняя капли, перемещаются к носу и вновь уходят вниз. Завораживающе красивое зрелище.
