Им нужно время, чтобы сообщить, что на наживку клюнули, а графу – чтобы добраться до места засады, в которую должен попасть я со своим отрядом.
День выдался солнечный. Земля парила, отдавая влагу, накопленную вчера. После отдыха мы поехали по лесной дороге, но теперь в обратную сторону и медленнее, подстраиваясь под скорость движения арб, запряженных волами. Вскоре эти волы переберутся на жительство в одну из моих деревень и будут там пахать землю и перевозить урожай с полей в амбары.
Из-за поворота выехали два всадника.
Они остановились. Узнав меня, подскакали рысью. Это были два валлийских лучника на трофейных лошадях.
– Мы их перебили! – радостно доложил один из валлийцев.
– Молодцы! – похвалил я и приказал Тибо Кривому: – Командуй обозом, а мы поскачем вперед.
На лесной дороге валялось больше сотни голых трупов. Восемь пленных стояли на обочине на коленях, положив руки на затылок. Умфре очень нравились враги в такой позе. Он сидел на лошади неподалеку от них и посматривал, как лучники пакуют одежду и оружие убитых.
Арбалеты, как оружие, не пользовались уважением у лучников, но стоили денег, поэтому с ними обращались сравнительно бережно.
– Рыцарей не было? – спросил я Умфру, хотя знал ответ. Валлиец не выпустил бы рыцарей из засады.
– Нет, – ответил Умфра. – Они, – кивнул он на пленных, – говорят, что должны были дать сигнал, протрубить три раза в рог, когда справятся с нами.
– Оставь здесь человек двадцать, а с остальными перемещайся вперед, занимай позицию и труби, зови графа Кентского, – приказал я.
Во вторую засаду попало около сотни сержантов. Рыцари отстали от них метров на двести, поэтому Умфра решил, что больше никого не будет, и приказал начать стрельбу. Не успели они перебить сержантов, как из-за поворота показались рыцари. Вильгельм Ипрский, граф Кентский, быстро оценил ситуацию, развернул коня и дал деру. А жаль! За него я бы получил… Ладно, не будем делить шкуру удравшего медведя.
Умфра сильно расстроился, что упустил графа.
Он ждал от меня упреков, но я сказал:
– Старого матерого лиса так просто не поймаешь. Для Вильгельма Ипрского надо готовить особую западню, поумнее этой.
Нас догнал обоз под командованием Тибо Кривого. Я приказал привести взятых в плен лондонцев. Они сбились кучкой рядом со стоявшими на коленях арбалетчиками. У тех уже затекли ноги, но боялись пошевелиться.
– Кто-нибудь из вас расскажет мне, зачем вы сюда шли? – спросил я арбалетчиков.
