– Не печалься, что не получилось так, как мы задумали. Я тоже представлял себе все по-другому. Но все равно – здорово было!
Момо упорно молчала. Утешая, он погладил ее по волосам и добавил:
– Не принимай это так близко к сердцу, Момо. Завтра все будет выглядеть иначе. Мы еще что-нибудь придумаем. Какое-нибудь новое приключение, ладно?
– Никакого приключения не было, – тихо сказала Момо.
Джиги встал.
– Я понимаю. Но завтра мы об этом еще поговорим, согласна? А теперь мне надо идти, я и так уже опоздал.
А тебе бы надо лечь спать.
И он ушел, насвистывая свою грустную песенку.
Момо осталась совсем одна в огромном каменном амфитеатре. Ночь выдалась беззвездная. Небо было покрыто облаками. Поднялся какой-то странный ветер. Он был не сильный, но дул не переставая, и чувствовался в нем своеобразный холод. Ветер был, если можно так сказать, пепельно-серый.
Далеко за городом высились гигантские холмы мусора. Это была настоящая горная цепь из пепла, разных черепков, осколков стекла, консервных банок, старых матрацев, остатков пластика, картонных коробок и тому подобного хлама, который все прибывал и прибывал, дожидаясь тут своей очереди в огромную печь для сжигания мусора.
До поздней ночи старый Беппо, вместе со своими товарищами, сгребал с грузовиков мусор. Машины стояли длинной вереницей, ожидая своей очереди. Мертво блестели зажженные фары. И чем больше машин удавалось разгрузить, тем больше их опять выстраивалось позади.
– Поживей, поживей! – то и дело раздавалось вокруг. – Иначе мы никогда не кончим!
Беппо выгребал и выгребал, даже рубашка прилипла к телу. К полуночи они кончили.
Беппо, который никогда не отличался крепким сложением да и лет ему было уже немало, обессиленный, присел на перевернутой дырявой пластиковой ванне и никак не мог отдышаться.
– Хе, Беппо! – крикнул один из его товарищей. – Мы отправляемся домой, ты едешь с нами?
– Минуточку, – сказал Беппо, прижимая руку к ноющему сердцу.
– Тебе нехорошо, старик?
– Все в порядке, – ответил Беппо. – Поезжайте. Я еще немного отдохну.
– Ну, пока, – крикнули ему другие, – спокойной ночи! – и уехали.
Стало тихо. Только крысы шуршали в мусоре, иногда посвистывая. Беппо заснул, уронив голову на руки.
Сколько он так спал, Беппо не знал. Проснувшись от холодного дуновения, он открыл глаза и сразу же пришел в себя.
