До вечера я строю планы о том, как бы осторожно поговорить с Сергеем и задать вопросы. Нет уверенности, что он мне ответит. Но я надеюсь, что его слова о том, что для него важна, все-таки не пустой звук.
Правда, когда хозяин дома приезжает вечером, все идет совершенно не по плану. Потому что вместо привычного ужина на двоих я получаю:
— Завтра ты уезжаешь. Так что собери вещи, Алина.
36 Алина
Прошло две недели, как мы с Демьяном живем в какой-то глуши. Меньше всего я бы хотела проводить время с Богдановским вместо того, чтобы остаться дома у Сергея.
Но Северов не дал мне ни единой возможности высказаться. Просто поставил перед фактом.
В первый момент я решила, что он меня просто выгоняет. Даже не поверила, что слышу это, но потом Сергей добавил:
— Так надо, Алин. Пока все не утрясется, ты должна быть в безопасном месте.
— Но мне только с тобой спокойно, — попыталась я возразить. Однако дальше продолжать не решилась — слишком суровым был взгляд у Севера.
— Так надо. Не спорь.
И снова этот холод в глазах, о который можно обжечься.
В тот момент я почувствовала себя такой жалкой, что молча кивнула, и все. Стыдно было и дальше цепляться и навязываться. Я больше не чувствовала от Сергея того тепла, что было. Он словно закрылся от меня.
Может быть узнал, что я хотела расспросить про его прошлое. А может… О другом варианте я боялась думать.
Демьян, который вернулся домой по такому случаю, тоже был не очень-то в восторге от моей компании. Но особо не цеплял. Стоя возле машины, я видела, что Север с ним о чем-то разговаривал.
И если поначалу Богдановский кривился и явно нарывался, то к концу беседы пусть и неохотно, но кивнул. Они даже руки пожали.
За город, куда-то по трассе в глушь, нас отвез Кораблев. Оставил еды и сказал, что это всего на несколько дней.
Однако прошло уже две недели…
— Прекращай маячить перед глазами, — раздраженно ворчит Демьян, когда я прохожу мимо него в очередной раз. — Бесишь.
Я уже не дергаюсь от его грубостей, научилась различать, когда парень реально злится, а когда просто бухтит, потому что… Потому что и сам заложник ситуации.
— Тебя не волнует, что прошло столько времени, а мы все еще здесь? — не выдерживаю его убийственного спокойствия.
Дом, в котором нас поселили, уютный, и мне здесь даже нравится — два этажа, по три комнаты на каждом. Есть даже камин, а рядом удобное кресло качалка, которое Богдановский облюбовал с самого первого дня.
Но мне здесь плохо.
