Девушку отбрасывает не наверх, а в поролоновую яму, находящуюся рядом."
"Повисаю на руках и быстро спускаюсь, торопясь на помощь. Погружение в эти мягкие кубики не должно травмировать ее, но ведь она могла сильно испугаться. Черт. А ведь все было так хорошо.
Мелкая дрожь сотрясает все мое тело, а сердце колотится где-то в горле, пока я ныряю в это цветное безумство. Где же она, черт возьми? Только бы не впала в панику или истерику.
Наконец-то нахожу Мию и вытаскиваю за плечи на поверхность. Со страхом заглядываю в лицо, ожидая увидеть ужас, но Мия и тут меня удивляет.
Смеется, мать твою. Она заливисто смеется.
Усаживаю Мию на край ямы, оставаясь внутри, и опускаю голову ей на колени. Стараюсь привести дыхание и мысли в порядок. Так переживал, что Мия впадет в истерику, а по итогу сам испугался больше, чем она. Сейчас уже практически не помню, что произошло. Все как в тумане.
Маленькие ловкие пальчики зарываются в моих волосах, и веки невольно опускаются на глаза. Уже тихий, но при этом такой же приятный смех успокаивает и злит одновременно.
Весело ей, надо же!
Кусаю Мию за выглядывающую из рваной дыры коленку. Это ей в наказание. Девушка вскрикивает от неожиданности, сжимая мои волосы в кулачках.
Черт. Подобная ситуация смотрелась бы куда лучше, не будь мы общественном месте. Правила приличия — единственное, что останавливает от совершения очень неприличных действий.
Нужно отвлечься. Разговор должен помочь.
— За то, что напугала меня, — объясняю свое действие и поворачиваюсь лицом к Мие, упираясь подбородком в бедро.
— Прости, — проводит еще раз по моим волосам, и легкая улыбка появляется на ее губах.
Разговоры не помогают. Совсем. Будь у меня хвостик как у щеночка, повилял бы. Действительно, чуть скулить не начитаю от этих чувств и эмоций. Самое страшное, что я знаю, что со мной. Знаю, что процесс запущен, и его не остановить. Да и не хочу… Я кайфую от всего, что происходит сейчас.
— Не может быть, — выпрямляюсь и хватаю Мию за талию, дергая на себя, — ты и такие слова знаешь? — поднимаю брови.
Мия усмехается, качая головой. — Тебе придется ответить за несколько седых волос на моей голове.
Падаем вместе в поролоновую яму, и я снова слышу самый прекрасный звук на свете. Ее смех. Чистый, звонкий, искренний.
* * *Останавливаю машину возле нашей многоэтажки и смотрю на девушку, мирно спящую на соседнем сидении. Моя мышка… Действительно хочу, чтобы она стала моей. Не думал, что вся эта хрень накроет меня так стремительно.
