На этот он, поинтересовавшись, на самом ли деле мне интересно или же я только делаю вид — на что получил мои горячие заверения в том, что это в высшей степени увлекательно, — создал в воздухе несколько магических иллюзий, наглядно показывая, как внутри двигателя рождается сила, которая, в свою очередь, крутит ось ведущих колес…
Беседа настолько меня увлекла, что я и не заметила, как мы доехали до дворца. Потому что отец, я прекрасно это помнила, всегда говорил о том, что после появления Граней ослабевшую магию в нашем мире стала теснить наука, — и столичные чудеса как раз были тому подтверждением.
Тут наша карета миновала распахнутые золотые ворота, возле которых застыла стража с алебардами, после чего покатила по подъездной дорожке к дворцу.
Мы проезжали по чудесному саду, от красоты которого у меня перехватило дух. Я смотрела во все глаза на аккуратно подстриженные кусты, на мраморные статуи Богов и героев, золотые фонтаны и изумрудную зелень газонов, по которым расхаживали странные птицы с огромными разноцветными хвостами, похожими на распахнутые веера.
Павлины… Уверена, это были павлины, которых до этого я видела только в книгах!
Затем карета свернула к дворцу, и я смогла воочию узреть великолепное здание, фасад которого украшали двадцатиметровые изваяния главных Богов Арондела. Остановились, и я, опомнившись, закрыла рот, так как к нам уже спешили поджидавшие на мраморном крыльце лакеи в черных с золотом ливреях.
Но карету покидать мы не спешили, потому что, оказалось, близнецы захотели меня навестить.
Причем сегодня же.
Дядя Джеймс, они ведь могут это сделать? Или же им нужно спросить разрешение у старшего брата?
— Спросить разрешение у вашего брата, конечно, не помешает, — заявил им герцог. — Но сперва вам нужно получить на это согласие самой леди Корнуэлл.
Услышав это, близнецы уставились на меня выжидательно."
"— Конечно же! — сказала им. — Я буду только рада, если вы меня навестите.
Но сначала вам придется извиниться перед гувернером и людьми, которым вы причинили беспокойство своим побегом, и пообещать им, что вы так больше никогда не будете делать. Затем извиниться еще и перед своим братом, он тоже за вас переживал. — Уж я-то знаю, за Олли я волновалась куда больше, чем за себя! — После чего сходить в часовню и хорошенько помолиться.
Брови герцога полезли вверх, а близнецы закатили глаза.
— Да-да! — сказала им.
