На это он хмыкнул растерянно, после чего осторожно похлопал меня по плечу, сказав, что на корабле уже ждут. И пусть Боги будут ко мне благосклонны…
Абигейл я обнимать не стала. Кинулась наверх, по сходням, которые уже готовились убрать матросы. И почти сразу же раздался приказ капитана поднять якорь и расправить паруса, а через несколько минут в светлые полотнища, украшенные черными драконами Арондела, с остервенением ударил очередной порыв ветра.
«Гордость Империи», покачиваясь, принялась медленно отплывать от причала, покидая небольшой, но загруженный порт Вильмы.
Направлялась к узкому выходу из гавани, в которую, наоборот, спешили вернуться до шторма рыбацкие суденышки.
— Леди, вам надо пройти в каюту! — гаркнул мне в ухо один из матросов. — Ветер крепчает, — и поднял палец, указав на несшиеся по небу темные, рваные облака — передовые отряды надвигавшейся грозы.
На это я кивнула, но все же решила задержаться у борта, потуже завязав ленты новой шляпки. Стояла, хотя ветер порядком трепал подол коричневого дорожного платья и хлестал им по моим ногам.
Смотрела, как исчезал вдали мой родной город, а потом как удалялся серый, неприветливый остров Хокк, зелень на котором была лишь у берега, да и то с трудом отвоеванная у хмурых, темных скал, обители горных овец и разбойничьих шаек.
Затем, когда мы вышли в открытое море, ветер стал совсем уж порывистым, да и качать нас принялось так, что мне пришлось вцепиться в деревянный борт. А свинцовые волны, казалось, лишь набирали свою силу!..
Глядя на них, я решила, что самое время спуститься в каюту и хорошенько помолиться Эмгу и Святой Истонии за старенькую «Гордость Империи» и всех тех, кто находился на ее борту!
— Скоро нас порядком потреплет, Эмгу мне в зад! — перекрикивая штормовой ветер, заявил мне старенький матрос, когда я попыталась добраться до лестницы, ведущей на нижние палубы.
Тут корабль подбросило на очередной волне, да так сильно, что я оторвалась от пола и, взвизгнув, повисла у него на шее.
— Ничего, юная леди, мы и не такое видали! Старушка «Гордость» выдержит! — добавил тот уверенно, но почему-то это меня не утешило.
Матрос заботливо проводил меня до двери, за которой оказалась небольшая лестница в четыре ступени, и я по ней спустилась, всего лишь пару раз приложившись об стены во время качки. Другие пассажиры «Гордости Империи» давно уже укрылись в своих комнатушках на носу корабля, но дядя на этот раз не поскупился — моя каюта соседствовала с капитанской, расположенной на корме.
