Но король уже продолжал:
— Завтра после обеда мы отправляемся в Кафедральный Собор, потому что архиепископ Плесби изъявил желание лично встретиться с прибывшими на отбор избранницами. Он собирается оценить кандидаток в королевы Арондела и назвать имена тех, кто, по его мнению, угоден Богам.
— Знаю! — поморщился Джеймс. — Но врать его высокопреосвященство горазд, так что Боги тут будут явно ни при чем. Старый демон как всегда у себя на уме.
— Но согласись, Джеймс, в уме ему не отказать! — парировал Брайн.
— Вчера я имел с ним долгую беседу, и мы вполне успешно обо всем договорились. Сошлись во мнении, чьи имена должны будут прозвучать на четвертом испытании, так что сюрпризов от него можно не ждать. Джеймс, Агаты Дорсетт среди них нет!
На это герцог кивнул, хотя его не оставляло предчувствие, что все может пойти совсем не так, как говорил Брайн. Его высокопреосвященство слишком уж сильно у себя на уме.
— Насколько я понимаю, в числе фавориток, которых назовет архиепископ, будут те, чьи родственники заблаговременно сделали крупные пожертвования в церковную казну? — любезно поинтересовался Джеймс.
— Ты правильно понимаешь! — усмехнулся Брайн.
— Подозреваю, еще он обязательно назовет принцессу Элизу, потому что давно уже ведет переговоры с архиепископом Визморским об объединении."
"— И это входит в мои планы, — кивнул Брайн. — Кстати, имя Шейлы тоже прозвучит. Архиепископ честолюбив и мечтает вписать свое имя в церковные хроники…
— Как того, кто приведет Зарейн к нашему многобожию, — согласился Джеймс.
— Еще, думаю, он не забудет о принцессе Сине, потому что ты об этом его попросил.
Брайн согласно склонил голову.
— Что же касается остальных, — добавил Джеймс, — насколько я понимаю, к Берналям, Маклаханам, Браммерам и Рэндам архиепископ тоже благоволит. Как раз соразмерно величине их вкладов.
— Еще Найд, — добавил Брайн. — Тот тоже неплохо постарался и проспонсировал строительство нескольких храмов на юге Арондела, в Роздании, так что его дочь Вильтельмина пройдет через четвертое испытание.
И все, Джеймс! Имя маленькой леди Корнуэлл никогда не прозвучит под сводами Кафедрального Собора. Она уйдет с отбора по решению архиепископа Плесби.
— Ясно, — кивнул Джеймс. — То есть ты решил убрать ее с отбора чужими руками?
— Именно так, — усмехнулся король. — А то, что я сегодня назвал ее первой, — он потянулся к бокалу и сделал большой глоток.
