Спросим у прохожих, где живет Нюра-инвалид. Имя не распространенное.
- Нюра – это тоже Анна, только…
- Только ее так не называют. Успокойся, найдем твою мать, не иголка в стоге. Если нет, то детектива наймем.
Ласковый взгляд любимого мужчины приободряет на время, да и Дарьяна отвлекает, восхищаясь видами за окном авто. Отец ее никуда не вывозил, и получается целое путешествие для нее. Видит реку и подскакивает на заднем сидении.
- Папа, смотри, море! Помнишь, ты обещал, что мы поедем на море? Мы что, уже приехали?
- Упс… за мной должок, - смеется Макс, у меня аж душа замирает, такой он красивый в этот момент.
– Нет, котенок, это не море. Но раз я обещал, то недели через две поедем на море. А это просто большая река.
И на берегу этой большой реки мы нашли маленький старый домик, в котором мирно жили две женщины, две Анны. Их правда, все знали в городке, четко указали путь.
- Доченька, ты приехала, - рыдает женщина, обнимая меня.
И ей уже понятно, что мы родные, даже не сомневается.
Приглашает в дом, где в инвалидном кресле сидит худенькая, коротко стриженная женщина и улыбается нам по-детски, добродушно и с любопытством. Ее волосы сплошь покрыты сединой, но лицо как у пятилетнего ребенка, который рад гостям. Максим вносит сумки с гостинцами, разбирает их, потому что мы с мамой оторваться не можем друг от друга. Он накидывает женщинам на плечи вязаные ажурные платки, вручает другие подарки.
- Я ждала… я знала… - твердит мама, а я еще крепче прижимаю ее к себе, сидя на диване.
Рядом Дарьяша, сверкает мокрой бирюзой глаз. Мы плачем, и малышку растрогали. Ее родная бабушка и ее сгребает в охапку:
– Ну что ты, маленькая, мы же от радости…
- От радости смеются, - тихим голосом произносит наша дочь и мы все смеемся.
Потом вместе готовим поздний обед, торопясь рассказываем о своих жизнях. Мама постоянно тискает внучку и обнимает Максима, благодарит его за то, что я счастлива.
Историю, как родилась наша дочь и что восемь лет я была одинока, мы не стали рассказывать. Сегодня плачем и смеемся только от радости.
- А я тогда услышала, что ты уезжаешь в полночь и тоже пришла на поезд, - вспоминает мама, когда волнение улеглось, - специально рассказала историю свою, и все наблюдала за тобой. Но ты только сочувствовала, а историю не узнавала. И я подумала, что ошиблась, что не ты моя дочь, несмотря на важную примету.
