Он решился на лечение, и даже прошел обследование. А потом примчался спасать меня.
- Давай, открывай рот, - командую, протягивая ложку с куриным бульоном, но жених мотает головой, капризничает. – Тебе надо набираться сил.
- Скажи, что любишь, - прищуривается хитро, улыбается, - что любишь, как раньше.
Задумываюсь. Люблю, но не как раньше. Намного больше. Я чуть не поседела, когда Юрка бил любимого ножом. Это просто повезло, что попадал в бедро, если бы чуть выше, то…
Из груди вырывается всхлип.
Ставлю тарелку на больничную тумбочку, боясь расплескать бульон, руки трясутся. Макс тянет меня на кровать, укладываюсь рядом, обнимаемся.
- Безумно люблю… - шепчу, целуя плечо мужчины, с которым скоро снова станем мужем и женой.
- И я тебя люблю, - целует мою макушку. – Всегда любил… моя Дашка…
Мне так хорошо, что задремываю на груди Нечаева. Сквозь сон слышу, как он просит не тревожить меня, что устала и перенервничала, а я беременна. Чувствую большую горячую руку на своей спине.
Я все эти дни провожу у его кровати, домой ухожу ближе к вечеру, когда надо дочь забирать из детского сада. Снова живу в том огромном доме, на работе дали больничный, времени полно, и много разговоров.
Максим идет на поправку, врачи говорят, что его мужское здоровье тоже восстановится, но возможно, некоторые функции будут утрачены. Забеременеть будет трудно, но нам этого и не надо.
В выходной навещаем папочку с дочкой. Он хочет домой, но я ругаюсь, надо долечиться.
И Дарьяна грозит пальчиком, показывая на перевязанное бедро."
"- Успеешь домой, - строго говорит, взбираясь на высокую кровать. – Мы с мамой все равно переезжаем пока, убираемся. А ты нам будешь мешаться, скакать на одной ноге. Упадешь еще, как мы тогда тебя поднимем?
- Ладно, еще пару дней полежу, - смеется Макс, прижимая к себе дочурку. – Дарьяша, у нас с мамой есть сюрприз для тебя.
Когда я переступила порог его дома в тот день, Дарьяна кинулась ко мне с криками – «Мамочка моя!».
Не пришлось ей ничего объяснять, девочка сама давно догадалась. Мы долго сидели на полу в обнимку, я рыдала, прижимая к себе маленькое тельце, малышка меня успокаивала, просила больше не пропадать.
- Мы теперь всегда будем вместе, - в свою очередь успокаивала я ее.
Вот только о братике я не рассказала сама, хочу, чтобы Макс ее обрадовал. Или вместе. И вот он решился.
- Какой сюрприз? – изумленно хлопает длинными ресницами наша красавица.
