Уходит минут сорок на то, чтобы запечь картошку и пожарить лук с грибами и сыром. Только я приступаю к следующую этапу, когда из открытого окна слышу звуки из гаража, а через несколько секунд открывается дверь. Стас заходит домой и направляется ко мне, даже не разуваясь. Я вижу его громадное тело в проёме арке, разделяющей зал от кухни. В несколько шагов он сокращает расстояние между нами, оказываясь рядом со мной и обхватывая меня руками. Я тоже обхватываю всё, что могу — его предплечья и плечи, его грудь и лицо.
Он целует меня с бешеной, почти неконтролируемой силой. Внизу живота всё пульсирует от его прикосновений, от силы моего желания.
Я так хочу его.
Хочу целовать его, трогать, чувствовать.
Судорожно сглотнув, я отстраняюсь и замечаю, как своими грязными руками запачкала его рубашки и пиджак. Они теперь в масле и муке.
— Прости, — улыбаюсь я. — Теперь ты весь в пятнах масла.
— Я это переживу, принцесса. Если ты продолжишь меня целовать, — его руки сжимаются на моей талии, словно он пытается сломать меня.
И мне хочется, чтобы они сжимали меня ещё сильнее, даже несмотря на то, что я почти не дышу.
— Ты рано пришёл. Я не успела сделать пирог.
— Ты решила побаловать меня сегодня?
— Да, но ты всё испортил. Я не успела приготовить пирог. Думала, ты будешь позже
Стас не посещал свой офис, пока папа был в больнице, поэтому в последние дни он очень много работал. Вдруг его руки дёргает пояс моего шёлкового халата, из-за чего он в одно мгновение распахивается и открывает ему вид на мою грудь.
— Я могу съесть кое-что другое, малыш.
— Не устал ты это есть ещё?
— Я никогда не устану есть ни тебя, ни твою сладкую киску.
От его грязных слов перехватывает дыхание. Прямо сейчас я чувствую, как влага скапливается в моей промежности, всё внутри меня пульсирует.
— Как же ужин? — не унимаюсь я в том время, как мой муж надавливает двумя пальцами мне на клитор через ткань трусиков. А потом он садится на корточки и целует то место, на которое надавил секунду назад.
— Ты и есть мой ужин, принцесса.
Стас снимает с меня трусики, стягивая их вниз по ногам. Теперь я перед ним полностью голая, лишь с накинутым сверху халатом, который никак не спасает положение. Он смотрит на меня снизу вверх, сидя на корточках у моих ног. Осыпает меня поцелуями — сначала мои лодыжки, голени, коленки, бёдра, всё выше и выше, поднимаясь к моей промежности. Он раздвигает мои ноги и целует мой клитор, проводит языком внутри моего входа, слизывая все мои соки.
