Рейф приподнял Джулианну так, что она спиной сноваприжалась к его груди, опустил руки вниз, сжав еебедра, и начал вонзаться в нее в безудержном ритме, все снова и снова, и сила его толчков вновь распалила ее желание.
Рейф коротко вскрикнул, опередив Джулианну буквально на несколько секунд. Выдохшиеся, они, дрожа, обмякли на кресле, переплетясь ногами.
Чуть позже он повернул голову и нашел ее губы, целуя медленно, сладко и сонно.
— Пойдем в постель, — пробормотал он. Джулианна кивнула, но никто из них не шелохнулся.
Немного поерзав, она свернулась в клубок у него на коленях, положив руку Рейфу на грудь. Кожа его была влажной от пота.
— Ну, а теперь скажи, — пробормотала Джулианна, — какой цвет самый любимый у тебя?
Глаза его расширились, губы растянулись в улыбке. Откинув назад голову, Рейф громко расхохотался.
Глава 8
Джулианна сделала глоток пунша, наморщила нос и отставила бокал. Отвратительно, подумала она, жалея, что нет ничего, чем можно запить чересчур сладкое послевкусие. Но увы, это жалкое подобие напитка было лучшим, что могли предложить в «Олмаке».
Точнее, предлагали, потому что у патронесс — главных управительниц светского общества — вполне хватало средств на куда более изысканные напитки. Им стоило только захотеть."
"Если бы не Мэрис и официальное открытие сезона, Джулианна сейчас развлекалась бы в каком-нибудь другом месте. Но для успеха сестры было важно получать рекомендации и посещать еженедельные балы в клубе.
Поэтому Джулианна и стояла тут, морщась над бокалом плохого пунша и глядя, как Мэрис танцует кадриль.
Во всяком случае, сестра получает удовольствие.
«Я бы тоже не отказалась потанцевать». Джулианна вздохнула.
«Вот бы тут оказался Рейф и развлек меня», — улыбнувшись в душе, подумала она. Хотя вообще то его способы доставлять ей удовольствие совсем не годились для бала. При воспоминании об их последней встрече кожа ее запылала, а во рту пересохло. Она предвкушала следующую уже через день.
За месяц, их связи Джулианна поняла, что буквально одержима этим мужчиной.
Когда они расставались, она не могла прогнать его из своих мыслей.
Он вторгался даже в ее сны. Она, покрываясь потом, изнемогая от желания, металась по постели, отбрасывая в сторону простыни. А потом просыпалась, томясь по его телу, мечтая увидеть его рядом с собой, чтобы он обнимал ее своими сильными руками, предлагая утешение и покой.
«А он в самом деле предлагает мне утешение?» Джулианна заставила себя прекратить об этом думать.
И очень хорошо сделала.
