В конце концов, разве не молчал я все эти годы о том, что мы сделали с той девчонкой? Ну, с тойблондиночкой, на которой хотел жениться Пендрагон. — Он потер помятое лицо. — Знаешь, не нужно нам было этого делать. Ну, насиловать ту девчонку. Тогда это казалось веселой шуткой и все такое, но посмотри, как все обернулось. Поэтому он на нас и ополчился, поэтому и поклялся нас уничтожить. Тебе следовало убить его много лет назад, когда у тебя была такая возможность. Но я думаю, трудно убить родного человека, даже если это твой сводный брат-ублюдок, которого ты ненавидишь.
Холодное бешенство захлестнуло Бертона. Как смеет Херст называть этот паршивый кусок дерьма, случайно зачатый папашей, его братом? У него нет братьев, как много раз подчеркивала его мать, еще, когда он был маленьким мальчиком! Она рассказала ему про «другую семью» отца, отказываясь ограждать сына от оскорбительной правды, как она это называла.
Он делал все, что мог, чтобы облегчить ее страдания, пока она была жива.
Какое удовольствие он получил, когда, наконец, появилась возможность вышвырнуть папашину шлюхубуквально на мороз и отнять у отцова ублюдка все, что было ему дорого!
О, это были просто чудесные мгновения! Но теперь он видит, что этого было недостаточно.
С убийственным спокойствием Бертон доел персик.
— Похоже, ты очень много знаешь обо мне, Херст, — заметил он, промокая губы салфеткой. — Я бы сказал, больше, чем я предполагал.
— О, я веду дневник. Уже много лет. Иногда помогает, если я не могу уснуть.
— И что же ты записываешь туда?
— А, да все, что в голову придет. Просто случайные мысли. Последние победы над женщинами, сколько чего выпил, результаты боксерских матчей, всякое такое.
— И в этих своих записях ты упоминаешь и меня тоже?
Херст наморщил лоб:
— Должно быть, разок-другой. Да ты не беспокойся, я умею помалкивать.
«Да уж, — подумал Бертон, — теперь я начинаю догадываться, какхорошо Херст хранит секреты. Похоже, этот безмозглый дурак в подробностях расписал все наши дела за столько лет— от того изнасилования до убийства моей жены.
Я должен заполучить этот дневник и лично посмотреть, что там написано».
— И что, ты привез дневник с собой? — спросил он, стараясь, чтобы его голос звучал небрежно.
— Нет. Мы же торопились, так что я забыл его в городском доме. Нужно пойти в деревню и купить другую тетрадку.
— Да, конечно. Может быть, завтра и сходим, если не отправимся на рыбалку.
