А во-вторых…
Чудище извернулось и сумело сбросить меня.
— Айлин! — Ридан кинулся на помощь, пока покачивающийся зверь не пришёл в себя от моих молний, но при первом же прикосновении мужчину отшвырнуло. — Берегись!
Я, мгновенно сориентировавшись, выставила руки вверх, вызывая сильный порыв ветра. Тот попал в раскрытую пасть твари, и та, фыркая, отскочила… Чтобы тут же броситься на Сета. Я схватила с пола вилку и с силой воткнула её в лапу хищника. Волк взвыл и поджал раненую конечность, а я тут же взяла нож и метнула…
Второй, третий.
Не все снаряды достигали цели, мало что втыкалось, а в ход уже пошли тарелки… Не важно! Главное — удавалось удерживать тварь на расстоянии. Сет присоединился к безобразию — бросать стулья у него получалось отменно. Тварь, подвывая и щёлкая зубами, беспомощно металась из стороны в сторону.
Но не убегала. Хитрюга терпеливо дожидалась, когда у нас закончатся снаряды или силы.
Но прежде, чем это произошло, в ресторан серой стрелой влетел Бальтазар и сходу вцепился волку в шею.
Шустрыми лапками он пытался выцарапать зверю глаза, но и тот был не так прост. Завязалась драка не на жизнь, а на смерть, и, видя это, перепуганный Нейт дрожащими руками протянул мне поясок с рефентами:
— Спаси Тазика!
— Кого?! — не поняла я и отмахнулась: — Ройл звонили?
— Группа скоро прибудет, — кивнул он.
— Хвала печенькам, — выдохнула я.
— Рано расслабляться! — рявкнул министр. — Айлин, оцепи зал чарами.
— А то я не знаю, что делать, — проворчала я, уже разматывая алую нить.
— Тазик, справа бей! — прыгал у двери взволнованный Нейт. — У него вилка в правом глазу торчит — значит, не видит ничего… Нет! Как же он тебя… Ты как? А… Айли-и-ин!
— Стоять-бояться! — рыкнула я, стоило бородачу подбежать ко мне. — Всем от алой нити прочь! Бальтазар!
— Слушаюсь, босс. — Енот соскочил с окровавленного зверя и, шатаясь, побрёл к Нейту, в чьи объятия упал и замер без движения.
Я заполнила нить чарами так, что та заискрилась. Кажется, перестаралась и Люку придётся ломать её.
Но тут лучше перекачать, чем дать волку шанс перегрызть кому-либо горло.
Тварь, ощутив себя в ловушке, завыла и принялась скакать по залу. Натыкаясь на невидимое глазу препятствие, она припадала к полу и рычала на людей. Из укрытий, понимая, что опасность миновала, начали выбираться гости ресторана. Хуже всего пришлось запрыгнувшему на люстру официанту. Придётся ему изображать из себя циркача до самой зачистки. Иначе будет главным блюдом на сегодня.
