Использовать его может только сам двойник. Очень сложное и опасное плетение. Предполагается, что оно смывает границу между гранями, но… Как и другие до меня, я побоялся касаться этой материи. Меня почему-то всё время останавливал страх… что, если моя Самира уже переродилась? Уже забыла обо мне? Имею ли я моральное право действовать так эгоистично?
Коррин после каждого вопроса делал долгие паузы, сглатывая горечь.
Мы стало его очень жаль.
«Он такой же однолюб, как и я…»
Устало проведя по лицу рукой, генерал вернулся на удобный диван.
— Я отказался от своих исследований, отпустил Самиру с моим другом, который привёз мне древний трактат Всеединого. Она, правда, не хотела. Довольно корыстная натура… Её вполне устраивала роль жены наместника целой провинции, хоть я её и пальцем не тронул… Салидар пообещал сделать иную счастливой, поэтому я отпустил женщину со спокойным сердцем. Взял с неё только одну клятву — не пользоваться добротой моего сына. Кевин… — генерал покачал головой, — он хоть и вырос в замке Алделла, стал взрослым мужчиной, но даже взрослым нужна мать.
Так и случилось. Не знаю, что сказала новая Самира Кею, но он больше не ищет с ней встреч, и я рад. — Коррин посмотрел на меня, и его взгляд посерьёзнел. — Оставь этот путь. Он ведёт в никуда. Душа вечна. Она никогда не пребывает в покое, — повторил слова Либерия генерал. — Душа твоей матери уже переродилась.
За занавесом послышалась какая-то возня, ругань.
Я вовремя сделала шаг в сторону, когда в наш с Коррином альков буквально ввалились Галь и Кевин.
— Что здесь происходит?! — агрессивно потребовал объяснений мой пока ещё жених.
Отвечать на его вопрос у меня не было никаких моральных сил.
Здесь и сейчас я прощалась со своей верой… верой в сказки.
Глава 52. Разрыв помолвки
Пока драконы выясняли отношения, я привалилась спиной к стене алькова, чтобы восстановить дыхание.
Безнадёжность выжигала меня изнутри. Я как будто снова хоронила мужа. Словами не передать, как это больно."
"Я любила и до сих пор люблю только Колю.
Наверное, понять меня, когда любовь сейчас стала разменной монетой оплаты материального блага, способен не каждый. Но мне ничьё понимание и не требуется. Я просто изо всех сил хочу остановить это саморазрушение! Хочу жить, а не существовать, как это было последние девять лет на Земле. Восстановиться от любви, как бы это ужасно не звучало.
— Кей, — тихо позвала своего спутника.
Набирающий обороты скандал тут же был прерван.
