Ему надо с рестораном для свадьбы помочь.
— Кариму? — удивляется Эльдар.
— Ему, — кивает Громов. — Вы с Валерией Андреевной можете ему с этим помочь. Да, Валерия Андреевна?
— Да, Егор Владимирович, — сверлю начальство недовольным взглядом. Соглашаюсь, потому что от моих пустых возмущений, все равно, толку будет ноль.
— Вот и славно, — Егор вымучено вздыхает и возвращается в директорское кресло. — Ну, где твой чай? — устремляет на меня взгляд карих, спокойных глаз.
— Эльдар, — разворачиваюсь к Амирову. — Будь добр, сходи на бар и напомни им про чай для Егора Владимировича.
По глазам вижу, что парень хочет мне возразить, но взглядом даю понять, что делать этого не стоит. Парень подходит и останавливается. Его широкие плечи, равняются с моими. И я дергаюсь от неожиданности, потому как он наклоняется и произносит: — Что нибудь еще? — опасливо понижает голос.
— Спасибо, это все, — отвечаю, натянув улыбку и жду, когда за ним закроется дверь.
Громов провожает парня взглядом и пытливо прищуривает свои глаза: — Между вами что-то есть?
— Откуда такой вывод? — нервно закусываю губу.
— Когда он появился здесь, ты сразу изменилась. Даже интонацию смягчила, — выдает свой аргумент.
— Глупости, — фыркаю я. — Просто не хочу нагнетать обстановку. Нам и так с ним трудно ужиться."
"— Судя по тому, как беспрекословно он пошел исполнять твое поручение, то не так уж и трудно, — усмехаясь, складывает руки на груди.
— Егор, мне давно не шестнадцать, чтобы пускать слюни на мальчиков, — возвожу перед ним тупую стену безразличия.
— Возраст, так сказать, уже не тот, — цокаю каблуками по паркету и приземляю пятую точку на диван.
— Хотелось бы верить, — дергает бровью. — Сам он парень не плохой. Но вот его семья…
— А что с его семьей? — спрашиваю, будто бы промежду прочим.
— Строгие мусульмане. Они не позволят ему связать свою жизнь, с обычной женщиной.
— А, ну да, — мягко откидываюсь на подушку. — У них ведь, надо после свадьбы плясать с окровавленной простыней.
Потом, бедную девушку замотают в хиджаб и пиши пропало. Вся ее жизнь будет строиться на рожании отпрысков, готовке, и удовлетворения потребностей ее мужа, — бросаю еще один минус в копилку недостатков Амирова.
— Ну, скажем так, в рождении детей ничего плохого не вижу, — ровно отвечает на мой выпад.
— В детях и я ничего плохого не вижу. А все остальное — это потребительское отношение к женщине. Никакого тебе права выбора и свободы действий.
— В этом ты права.
