Медленно сменяю курс движения, подталкивая Белочку в сторону больших кресел возле камина. Она немного спотыкается, потому что двигаться приходится спиной вперед, и кусает меня за губу.
Контакт ртов размыкается. Белочка мигом отводит рот от моего, отклоняется назад настолько, насколько позволяет тесный контак тел и смотрит с удивлением.
Глаза большие, зрачки расширенные, сердечко в груди бахает ускоренно.
— Что ты делаешь?
— Хвалю за организацию ужина и гарантирую его правильное окончание.
— Это какое же? — сощуривается.
— Сама понимаешь!
Грубовато прижимаю ее к себе, чтобы ощутила мой каменный стояк.
Ощущает.
Реснички вниз дергаются, трепещат. Дыхание становится поверхностным и еще более частым.
— Я же тебе не нравлюсь. И со мной хуже, чем со шлюхой, — толкает в грудь.
Я не отпускаю."
"— Дан, будь последовательным. Ты же мужчина, в конце концов. У нас был уговор?
Что-то я медленно начинаю соображать.
Какой уговор, когда член стоит и полыхает?
Но что-то мы обсуждали.
— Я готовлю вкусный ужин и могу задать тебе три вопроса, на которые ты ответишь максимально честно и подробно, — стучит пальчиком по груди.
— О сексе речи не было! И потом… Глупо требовать его у той, которую считаешь хуже шлюхи. И я, если снова допущу это, только подтвержу твои слова, а я… Я себя хуже шлюхи не считаю и унижать себя не хочу. Ко всему прочему, ужин еще не закончен.
— Не закончен?
— Не закончен. Ты не поел десерт. Кто знает, может быть, мой десерт испортит все твои впечатления об ужине?
— Не испортит.
— Вот и проверим.
— Белка…
— Что, Дан? — смотрит с вызовом и потом отводит взгляд, разглядывая мою грудь, колышущуюся от прерывистого дыхания.
— Ничего.
Заставляю себя разжать объятия.
— Неси десерт. Пробовать буду.
Еще несколько секунд Белочка стоит так же близко ко мне, будто чего-то ждала, но потом отходит и начинает прибирать со стола.
Я сажусь возле камина, поправляя тлеющие там дровишки, подкидываю новых.
Кажется, именно в такие моменты мужики должны курить. Но я бросил, искоренил единственную дурную привычку, зависимость.
Теперь я чист и спокоен, ни от чего не завишу. От прихотей маленькой рыжей занозы, которая уже даже не целка, тем более! Жалко ей, что ли?!
— Тебе жалко? — разворачиваюсь в сторону.
Белка подпрыгивает и роняет одну из тарелок на пол, она разбивается.
— Боже, ты меня напугал! Предупреждать надо… Сначала сидишь, как истукан, а потом набрасываешься! — возмущаешься. — У тебя разгон он бездействия до скорости гепарда слишком резкий.
