Я дала слово Дану, что не буду опускать руки и не стану умничать, делая вид, что я лучше врачей знаю, как надо.
Попробовала бы я схитрить или договориться раньше положенного срока, чтобы меня выпустили. Ничего бы не вышло. Дан следил усердно, не пропуская ничего. Мое выздоровление стало маниакальным предметом его внимания. Строгий мне попался мужик… Исполнительный, требовательный.
Мне так нравилось, что теперь он проявлял эмоции. Позволял заглянуть в глаза и прочесть себя. Правда, перед этим сидел с каменным лицом, но… ради меня старался снимать броню.
Какой внимательный к деталям, мамочки…
Он все-все замечал.
Мне не хотелось лежать в больнице и постоянно встречать любимого в образе бледной поганки. Я как-то посетовала на это Марии, жене Тиграна, которая навещала меня один-два раза в неделю. Неожиданно мы вроде бы сдружились.
— Ничего не говори. Больше ни слова!
На следующий день Мария притащила целую гору косметики и завила мне локоны.
Я не стала сильно краситься, но немного придала яркости почти бесцветному лицу.
Дан заметил все. Его цепкий внимательный взгляд отметил каждую, буквально каждую деталь!
Я едва не поплыла от радости и удовольствия, чувствуя себя потрескивающим бенгальским огоньком.
— Зачем ты это сделала? — задумчиво поинтересовался Дан, покрутив между пальцами прядь моих волос.
— Хотела выглядеть красивее. Ясно же. Не нравится? «Полный треш-набор!» Да? Кажется однажды ты сказал именно так.
— Что? — удивился. — Я так сказал?
— В самом начале.
Дан накрыл ладонью лицо.
— Мне стыдно.
— Врешь же! Тебе не стыдно. Ни капельки.
— Хорошо. Мне не стыдно, — отозвался мгновенно. — Просто мне показалось, что я очень удачно маскировал свой интерес твоей персоной.
— Ты… Ты как тот пацан, который дергает за косички понравившуюся девочку!
— Я хочу дергать только тебя… — ответил он почти мгновенно и прижался к моему уху, обжигая его шепотом. — Заплести тебе косу — отличная идея. Я намотаю ее на кулак и буду ох как дергать… пока трахаю тебя.
Безобразно жарко и откровенно. Я покрылась жаром удовольствия от его слов. Сразу до самых пят прокатился!
— Поэтому сложно видеть, как ты прихорашиваешься и становишься еще краше. Я очень… Очень тебя.
— Хочешь? — поинтересовалась я, взмахнув ресницами.
Дан застыл.
— Да ты издеваешься! — пробормотал. — Хватит строить мне глазки.
— Может быть, мне стоит построить их тому симпатичному медбрату, который делает мне массаж? — предположила я.
