Теперь от клуба придётся добираться до студгородка. Вот кто меня за язык дёргал?
— Ладно, — вздыхаю послушно.
— И шапку возьми.
Ага, щас же! Ещё варежки на резинке, костюм Снежинки и сменку.
Выбегаю из дома, пока Руслан Тимурович Алиев о чем-нибудь важном вновь не припомнил.
В то время как еду в чистенькой Тойоте успеваю два раза подкрасить губы и четыре — полюбоваться на фотографию Громова с мымрой.
В клубе оставляю вещи в гардеробе, по винтовой лестнице поднимаюсь на второй этаж.
Ух, сколько здесь знакомых лиц! Пол-университета.
С непривычки часто моргаю от яркого освещения и чуть не падаю, когда с места сбивают подружки. Поочерёдно обнимаемся, чмокаемся, давно ведь не виделись. Смеёмся, внимательно друг друга разглядывая. Мы все, как новогодние ёлки разоделись. Пайетки в этом сезоне на пике популярности, а наш чат называется «Модная четвёрка». Пока всё логично.
Практически добираемся через толпу до забронированного заранее столика. Только успеваю расслабиться, как в спину мне летит заряженный ржавый снаряд:
— Ми-я.
Сглатываю ком в горле… голос тоже переменился. Стал мужественным, густым.
Мои руки дрожат, а ноги подкашиваются.
Разворачиваюсь, крутанувшись на каблуках, и стараюсь не дышать, когда Мир заключает меня в крепкие медвежьи объятия. Раскалённая мужская ладонь медленно проходится по оголённой коже на спине, будто бы забывшись.
Громов тут же отстраняется и морщится.
Его глаза всё такие же прозрачные, словно бесцветные. Предатель недовольно мажет взглядом по моим едва прикрытым ногам.
— Чё за платье у тебя, Карамелина? — горланит в ухо. — Папа видел?
— Отвали, Громов, — шиплю сквозь зубы, резко приходя в себя, словно в реальность возвращаюсь. — Ты мне не брат.
Ты мне вообще никто. Больше никто.
— Пойдём, я тебя со своей Ладой познакомлю, — не обращая внимания на моё шокированное лицо, Мир по-хозяйски хватает за руку. Тянет к танцполу, а я пытаюсь выстроить в ряд хаотичные мысли и не пялиться на идеально выстриженный тёмный затылок с еле заметной светлой прядью на шраме.
Это он в девять лет на арматурину, торчащую из асфальта, свалился, когда спасал меня от сумасшедшего велосипедиста. Тогда обещал, что до нашей свадьбы рана заживёт.
А сейчас… я иду знакомиться с его Ладой.
Глава 2. Злая Мия
— Привет, — широко улыбается Лада и машет рукой. — Мия?
Киваю, не в силах сказать ни слова. Мир с лёгкостью выпускает мою ладонь из рук и приобнимает свою девушку, коротко целует в висок.
Её висок целует, а мой простреливает.
